— А то, что вашу однокомнатную можно очень выгодно продать! — свекровь произнесла это с такой легкостью, будто предлагала вынести мусор. — Рынок сейчас хороший. Я уже даже поговорила с одной риелторшей, моей знакомой. Она сказала, что вашу квартирку разберут в первые же дни. А на эти деньги вы сделаете прекрасный первоначальный взнос за двушку. И ваша ипотека будет совсем смешной.
Мария почувствовала, как у нее похолодели пальцы. Она посмотрела на Алексея, но он увлеченно изучал что-то в телефоне, делая вид, что не слышит.
— Галина Ивановна, я… я даже не думала об этом, — проговорила Мария, стараясь держать себя в руках. — Мне эта квартира дорога. Это память о бабушке. Да и нам здесь хорошо.
— Хорошо-то хорошо, — свекровь снисходительно покачала головой, — но о будущем надо думать. Вам же детей растить! Где вы их здесь разместите? В прихожей? Или на кухне? Нет, для семьи нужно пространство.
Она обвела взглядом маленькую кухню, и ее лицо скривилось в легкой гримасе.
— И ремонт у вас тут, Машенька, староват. Обои уже не в моде такие. А в новой квартире все будет по-современному. Вы только подумайте: своя детская, большая гостиная… Мечта!
— Мама, может, не стоит? — наконец подал голос Алексей, почувствовав напряжение. — Нам и тут нормально.
— Какой «нормально»! — Галина Ивановна всплеснула руками. — Я же для вас стараюсь! Я же хочу для вас лучшего. Однушку вашу быстро продадим, я уже риелтора знаю. А на первое время по ипотеке мы вам с Андреем поможем, поддержка семьи ведь главное!
Упоминание младшего брата, вечного безработного и маминого сынка, задело Марию за живое.
— Спасибо за предложение, — сказала она как можно тверже. — Но я не хочу продавать свою квартиру. Это мое решение.
Наступила тяжелая тишина. Улыбка сошла с лица Галины Ивановны, уступив место холодной, каменной маске. Она медленно отпила чаю, поставила чашку с громким стуком.
— Я вижу, ты еще не до конца чувствуешь себя частью нашей семьи, Мария, — произнесла она ледяным тоном. — В семье все общее. И проблемы, и радости. И имущество. Надо уметь делиться и думать о коллективе.
Она встала, взяла свою сумку.
— Ладно, я пойду. А вы подумайте над моим предложением. Вместе. Серьезно.
Дверь за ней закрылась. В квартире повисло гнетущее молчание. Алексей наконец оторвался от телефона и неуверенно посмотрел на жену.
— Ну, она же желает нам добра… Может, и правда стоит посмотреть варианты? Просто посмотреть…
Мария посмотрела на мужа, и впервые за все время их отношений ей показалось, что он сидит не в ее квартире, а в какой-то чужой, и ему настолько же неловко, как гостю, которого вот-вот вежливо попросят удалиться.
— Нет, Леш, — тихо, но очень четко сказала она. — Не стоит.
Она встала и вышла на балкон, нуждаясь в глотке свежего воздуха. Предложение свекрови висело в воздухе тяжелым, отравляющим облаком. И где-то глубоко внутри Мария уже понимала, что это только начало.
