Тишина после визита Галины Ивановны длилась недолго. Уже через неделю она позвонила Алексею и голосом, полным трагизма, сообщила, что у нее «сдало давление» от переживаний и ей срочно нужно приехать к сыну, чтобы «успокоить нервы». Мария, зная, что это лишь предлог, молча кивнула, когда Алексей, виновато избегая ее взгляда, сказал, что мама будет через час.
Галина Ивановна вошла в квартиру, действительно выглядя бледной и растерянной. Она опустилась на диван, приняв вид утомленной жизнью страдалицы, и несколько минут молчала, демонстративно прикладывая ладонь ко лбу.
— Мам, что случилось? — беспокойно спросил Алексей, подсаживаясь к ней. — Опять голова болит?
— Не голова, сыночек, а душа, — выдохнула она, глядя в пространство. — Беда у нас. Настоящая беда.
Мария, стоя у плиты и помешивая чай, насторожилась. Она мысленно готовилась к новой атаке на свою квартиру, но тон свекрови был иным — не настойчиво-деловым, а скорбным.
— Что за беда? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.
Галина Ивановна обернулась к ней, и в ее глазах стояла неподдельная тревога.
— Андрюша мой… — она смахнула несуществующую слезу. — Влюбился, Машенька. Влюбился без памяти. И девушка, вроде, ничего себе, с характером. И… они уже подумывают о свадьбе.
— Ну и хорошо же, — удивилась Мария. — Чем это беда?
— Да какая же это хорошая новость? — свекровь всплеснула руками. — У него же ничего нет! Ни кола ни двора! Работает где-то курьером, денег хватает только на сигареты и на пиво с друзьями. На что он семью содержать будет? Где жить-то они будут? Снимать? Это же денежная яма! Они всю жизнь в чужих стенах проживут!
Она снова умолкла, давая драматической паузе сделать свою работу. Алексей похлопал ее по руке.
— Мам, ну не драматизируй. Все как-то устраиваются. Может, и у него все получится.
— Как получится? — голос Галины Ивановны взвизгнул до истеричных ноток. — Он же мой сын! Я не могу смотреть, как он пропадает! И тут… тут такое стечение обстоятельств…
Она посмотрела прямо на Марию, и в ее взгляде вдруг не осталось и следа от слабости. Только холодный, расчетливый блеск.
— Я вчера говорила с его невестой, с Ирочкой. Так она прямо сказала, что выходить замуж без собственного жилья не намерена. И я ее понимаю! Разумная девушка. И знаешь, что я придумала? — она даже привстала, ее лицо озарилось наигранным вдохновением. — Это же судьба!
Мария похолодела. Она уже поняла, к чему все идет.
— Какая судьба? — тихо спросила она.
— Да ваша же квартира! — воскликнула Галина Ивановна, как будто открывая Америку. — Вы ведь все равно подумываете о расширении! О продаже! Так почему бы не помочь родному человеку? Не отдавать же деньги чужим людям!
Она вскочила с дивана и начала расхаживать по комнате, полная «гениального» плана.
