Она рванула к выходу, по пути опрокидывая стул, схватила чемодан и выбежала, хлопнув дверью так, что с полки слетели рамки с фотографиями.
В наступившей тишине мы с мужем стояли среди осколков, не зная что сказать. Наконец он первым нарушил молчание:
— Ты… ты специально довела её до этого?
Я посмотрела на разбитую вазу, на осколки нашего завтрака на полу, потом — в глаза мужу.
Он долго смотрел на меня, потом неожиданно рассмеялся — нервно, истерично.
— Боже, какая же ты стерва… — но в его голосе звучало скорее восхищение, чем осуждение.
Я подошла к нему и обняла.
— Зато теперь мы точно поедем только вдвоём.
Он крепко прижал меня к себе, и в этот момент раздался звонок телефона. На экране светилось: «Мама».
Мы посмотрели друг на друга и одновременно рассмеялись. Муж взял трубку, нажал «отклонить» и выключил телефон.
— Думаю, нам стоит побыстрее купить те билеты в Турцию. Пока она не передумала.
На следующий день мы с мужем молча упаковывали чемоданы. После вчерашнего скандала в квартире царила странная атмосфера — смесь облегчения и тревожного ожидания. Каждый звонок в дверь заставлял нас вздрагивать.
— Думаешь, она ещё появится? — спросил муж, аккуратно складывая футболки.
— Не сомневайся, — я застегивала косметичку. — Твоя мать не из тех, кто просто так сдаётся.
Как будто по заказу, зазвонил телефон. Муж посмотрел на экран и замер:
— Это… детский сад. Где работает мама.
— Ну, принимай вызов. Интересно, что она придумала на этот раз.
Муж вздохнул и нажал на громкую связь. Вместо голоса свекрови раздался встревоженный женский голос:
— Алё? Это группа «Солнышко» детского сада № 5. Мы пытаемся дозвониться до Татьяны Михайловны уже три часа. Она не вышла на работу, не отвечает на звонки. Вы её родственники?
Мы переглянулись. Муж побледнел:
— Да, я её сын. А что случилось?
— Мы очень обеспокоены. Она всегда предупреждает, если не может выйти. Может, она заболела? Не могли бы вы проверить?
Я закатила глаза — классический ход. Но муж уже хватался за куртку:
— Я съезжу, проверю. Вдруг правда что-то случилось.
— Подожди, — я схватила его за рукав. — Давай сначала позвоним соседям. Помнишь, у неё же есть запасной ключ у Марьи Ивановны.
Позвонили соседке. Через пять минут она перезвонила, еле сдерживая смех:
— Ваша мамаша в полном порядке. Сидит на кухне, пьёт чай с вареньем и… ну… громко рассказывает подруге по телефону, как неблагодарный сын бросил бедную мать в её смертельный час.
Муж закрыл лицо руками:
— Боже… Она устроила целый спектакль!
— Марья Ивановна, передайте, пожалуйста, Татьяне Михайловне, что скорая помощь уже выехала. И пусть готовит справку от врача — без неё в садике могут быть проблемы.
Через десять минут раздался звонок. На этот раз — прямо от свекрови. Муж взял трубку:
— Как ты мог! — раздался её драматичный шёпот. — Сыночек, я лежу, умираю, а ты…
— Мам, хватит, — твёрдо сказал муж. — Мы знаем, что ты в порядке. И мы завтра улетаем. Без тебя.
Наступила пауза. Потом раздался новый голос — без театральных ноток, холодный и чёткий:
