Антон вслушивался в наступившую тишину и не мог поверить в происходящее. Отказалась и от всего, и от родного отца, и только потому, чтобы жить, как хочет она.
Рука потянулась к телефону, но с Владом говорить было бессмысленно. Он, почему-то, понимал Ксению больше, чем родной отец.
Рядом с карточкой и ключами лежала записка:
— Папа, надеюсь, ты научишься ценить людей, а не деньги! Твоя Ксения!
В последний раз он так выл, когда потерял жену. Одиночество и боль переполняли душу уже не молодого бизнесмена.
И даже увесистые счета с работающим, как часы, бизнесом, не могли закрыть ту дыру, которая появилась после ухода дочери.
***
За тот месяц, что Ксения даже не звонила, Антон вытрепал себе нервы и тысячу раз передумал все возможные варианты.
В моменты отчаяния он уже был согласен купить Никите собственную клинику, только бы дочка жила в достатке и снова начала с ним общаться.
Но так и не позвонил. Так и не предложил.
***
— Только не он! Он меня на столе зарежет! — кричал Антон на весь приемный покой.
Доставили его с работы, аппендикс лопнул. А Антон настолько сильно был морально и физически измотан, что на симптомы не обратил внимания.
Секретарша его нашла в кабинете на полу, когда Антон стонал от боли, проваливаясь в небытие.
— Нет другого хирурга, — втолковывал ему главврач, — Никита Сергеевич единственный на смене.
— Вызывайте с выходного, я подожду! — кричал Антон, потея от страха и боли.
— Да вам лишних пять минут ожидания могут жизни стоить! — увещевал главврач. — А Никита Сергеевич прекрасный специалист!
— Только не он! — простонал Антон и потерял сознание.
— Готовьте, — бросил Никита и ушел мыться перед операцией.
***
Когда Антон открыл глаза, то был уже в палате, а на стуле у стены дремала Ксения.
— Доченька, — пересохшими губами проговорил Антон.
Ксения вздрогнула:
— Ну, слава Богу, — произнесла она, — как же ты нас напугал!
— Меня Никита оперировал, я ничего не перепутал? — спросил Антон.
— Да, — ответила Ксения.
— И я жив, — это он уже сказал себе и закрыл глаза.
— Антон Геннадьевич, как вы себя чувствуете? — спросил Никита, во время обхода.
— Ну, с учетом того, что я жив, очень даже неплохо, — проговорил Антон настороженно.
— А были варианты? — Никита посмотрел поверх истории болезни.
— Я думал, что ты меня на столе зарежешь, чтобы наследство досталось Ксении, а соответственно и тебе. Но я проснулся и на самом деле хорошо себя чувствую.
— Антон Геннадьевич, я не хочу вас огорчать, но не все на свете крутится вокруг денег. Есть профессиональная этика, есть призвание врача, чтобы помогать людям.
Но если это все откинуть, — Никита позволил себе легкую улыбку, — я бы не покусился на жизнь отца любимой женщины. Даже за те баснословные богатства, которыми вы обладаете.
Я просто люблю вашу дочь, а она любит меня. Честно и откровенно.
***
