Кирилл помолчал, потом ответил:
— Временно съехал. Но это не значит, что я не могу вернуться.
— Сколько времени не проживаете?
— Мы ещё не оформили развод, — сказала Катя, — но он живёт с другой уже больше года. Год с лишним. Четырнадцать месяцев. Он съехал сам, деньги на сына переводил по устному соглашению, но последние три месяца вообще ничего не было. За коммунальные услуги не платил ни разу.
Старший полицейский записал что-то в блокнот, посмотрел на Кирилла.
— Если вы не проживаете и собственник против вашего вселения, вы не можете войти в квартиру без её согласия. Прописка не даёт автоматического права пользования жильём, если вы утратили связь с этим местом. Тем более вы не имеете права вселять туда посторонних лиц.
— Как это не даёт? — возмутился Кирилл. — Я в паспорте прописан!
— Прописка и право пользования — разные вещи. Если хотите оспорить — обращайтесь в суд.
Алёна дёрнула Кирилла за рукав.
— Кир, пошли. Всё равно бесполезно.
Кирилл постоял ещё минуту, потом резко развернулся и пошёл к лестнице. Алёна поспешила за ним.
Старший полицейский посмотрел на Кирилла строго.
— Если будете ещё раз приходить и требовать вселения против воли собственника, составим протокол о нарушении. Это может быть расценено как самоуправство. — Потом обернулся к Кате. — А вам советую обратиться в суд, чтобы снять его с регистрации. Прописка у него есть, и формально он может ссылаться на неё.
Полицейские ушли. Катя закрыла дверь, повернула ключ дважды, задвинула цепочку. Села на пуфик в прихожей, прислонилась спиной к стене.
Артём вышел из комнаты, присел рядом.
— Не знаю, зайка. Не знаю.
Утром Катя позвонила Марине снова.
— Мар, они вчера опять приходили. Полицию вызывала.
— Сказали, что без моего согласия он войти не может. Но посоветовали в суд обратиться, чтобы снять его с регистрации.
— Вот видишь. Я же говорила. Кать, не тяни. Иди к юристу, пусть иск готовят. Пока ты тянешь, он будет приходить и давить.
— Боюсь, что суд долго.
— Суд — месяца два максимум. Зато потом он вообще прав никаких иметь не будет.
После работы Катя зашла в юридическую контору на первом этаже соседнего дома. Консультация стоила тысячу рублей. Её приняла женщина лет пятидесяти, Елена Борисовна, в строгом костюме и очках.
— Рассказывайте ситуацию.
Катя рассказала всё: как Кирилл съехал, как перестал платить за коммунальные услуги, как появился с новой женой и требует вселиться.
Елена Борисовна слушала внимательно, делала пометки.
— Свидетельство о собственности на ваше имя?
— Вы в браке или разведены?
— Формально ещё в браке. Развод не оформили, но он съехал четырнадцать месяцев назад.
— Понятно. Он был прописан в браке или ещё до?
— В браке. Пять лет назад.
— Хорошо. Есть доказательства, что он не проживает? Показания соседей, справки, квитанции?
— Квитанции все на меня. Справку из управляющей компании могу взять. Соседка Зинаида Петровна видела, как он съезжал, и больше его не видела.
