— Людочка, я тут муку нашла в кладовке. Но это для обоев … Мы ведь …
— Вы ошиблись, — Наталья отключилась, поставила на беззвучку, шло совещание. Сколько раз себе говорила — не брать вызовы с незнакомых номеров.
Но вот незадача — работала Наталья в школе, и ее неугомонные ученики меняли, теряли, били телефоны, обменивались номерами с родителями, в общем, вели себя так, как и подобает вести себя детям подросткового возраста.
А ещё иногда Наталье казалось, что родители этих детей из подросткового возраста не вылупились тоже. Например, одна из мам, за полтора года сменила четыре номера.
Осень кружилась дождями и листопадами, уж скоро и подморозит. А с завтрашнего дня — каникулы.
Они сидели на методсовете. Тема: компьютерная зависимость детей. Тема эта уже была не нова. Педагоги слушали доклад и тихонько скрытно зевали.
— Наши дети не умеют общаться друг с другом, растут бездушными, малообразованными и. И виновата в этом всемирная паутина… — вещала завуч.
А у Натальи из головы не выходил Максимов Артем — семиклассник, попавший в эту сеть и не желающий учиться. Тройку выставила, но поругалась с ним сильно, звонила родителям. Вместе решали сложнейшую задачу, а именно: как избавить Артема от довлеющей иссушающей его власти компьютера. Как будто просто нельзя– взять и лишить его этой игрушки.
Ох, хорошо, что каникулы…
Но с понедельника учителям опять в школу. Как всегда всю методическую работу свалили на эту неделю: педсовет, методический совет, сдать отчёты, заполнить документы и прочее и прочее …
После методсовета Наталья пошла в свой кабинет. Ох! Дела не кончались. Жизнь уходила на то, чтобы на нее же и зарабатывать.
Она села за компьютер — пыталась исправить скачанный с инета доклад, чтоб выдать за свой, чтоб сдать его уже в понедельник и убрать-таки свою фамилию из списка должников по метод.разработкам и докладам. Нормальное такое обычное дело — называется: «А чем бы нам ещё занять учителей».
Опять звонок. Трубку взяла по инерции, все ещё глядя в текст на экране:
–Я думаю мука-то с отравой для клопов ведь. Но выветрилась уж, наверное. Мне ж без еды плохо совсем. Испеку.
— Что? Каких клопов? — Наталья ещё не переключилась.
— Мы добавляли, чтоб обои клеить. Отраву-то… А ведь больше у меня и нету ниче, — голос старческий, слабый.
— Как кому? Тебе, Люд … Я ж по памяти. Восемь, девятьсот восемь… — номер, и правда, был Натальин.
–Нет, Вы ошиблись, это не Людмила. Наверное, ошиблись, в цифре.
Наталья отключилась, опять углубилась в методичку, но в голову лезли эти клопы, мука, обои… Господи! Она сказала — испеку? Это что? Глупый развод? Не похоже …голос… голос старческий.
Наталья встала, подошла к окну. Берёза под школьным окном совсем облетела, жёлтым ковром внизу лежала листва.
И вспомнились чьи-то строки:
Устала… Мне бы отдохнуть…
Сложить заботы ровной стопкой…
И не оглядываясь, в путь
Уйти по незнакомой тропке…
Ох, отчего же взгрустнулось? Может от этого непонятного звонка?
Наталья набрала тот номер. Не сразу, но ей ответили:
