Потому что масштабы катастрофы были огромны, и надо было определить «фронт работ», как любил говорить Сашка. Говорить он любил, но делать, видимо, не очень.
До первого сентября мама все приводила в порядок: потом будет некогда — она взяла еще группу продленного дня.
Все отношения с новыми родственниками были прерваны. Дочь иногда звонила и изредка навещала, но уже без зятя: мама есть мама.
Лида говорила, что все в порядке. Но глаза были грустными: видимо, что-то не складывалось. Выяснилось, что ее ни во что не ставят близнецы. А папа всегда принимал сторону любимых чад.
А еще Анна Ивановна узнала, что через семь месяцев станет бабушкой: вскоре у нее родилась симпатичная здоровая внучка!
На выписку из роддома ее не позвали: муж дочери поставил условие, которое нужно было выполнять. Поэтому, она навещала девочек, когда никого не было дома.
По прошествии пары месяцев к ней обратилась Лида с просьбой пожить на даче: дом был у них теплый, к тому же, со всеми удобствами.
Дескать, денег на съем не хватает — муж с детьми снимали квартиру — а у мальчиков много удаленки: поэтому, будут учиться из дома. А если нужно, до города на машине можно было доехать за пятнадцать минут.
Но Анна Ивановна, памятуя во сколько сил, нервов и средств обошелся ей прежний визит родни, отказала.
И тогда любимый муж устроил девушке скандал.
Сначала он прошелся по моральным качествам и воспитанию тещи: стадо баранов он запомнил на всю жизнь!
А потом поставил условие: Лида должна поговорить с мамой на предмет выкупить свою долю в квартире — у них была хорошенькая сталинская двушка недалеко от метро, которой они с Анной Петровной владели в равных долях.
— А почему? — удивилась Лида. — Ты же тоже прописан у родителей. Давай выкупим сначала твою долю: покажи пример!
Но муж неожиданно пропустил это мимо ушей! И стал давить на все возможные рычаги: дескать, мама виновата, поэтому должна загладить свою вину. А это можно сделать, только продав им долю Лиды.
Это предложение было совершенно абсурдным и явно «высосанным из пальца»: видимо, с дачей «не прокатило». Поэтому нужно было попробовать захапать квартиру.
И до девушки стало запоздало кое-что доходить. К тому же, последнее время отношения с мужем стали прохладными, к радости близнецов.
И сейчас он намекнул Лиде, что, лучше бы, ей уговорить маму, а то…
— А то — что? — спросила девушка.
Он не ответил, а близнецы, присутствующие при разговоре, гаденько хихикнули.
На следующий день, когда муж ушел на работу, а мальчики — в школу, Лида позвонила влюбленному в нее однокласснику Мишке, с которым запрещал общаться муж. И, когда Анна Ивановна, у которой не было уроков, вернулась из магазина, Мишка уже собирал кроватку.
— Мамочка, я вернулась! — произнесла вышедшая навстречу матери Лида с Танькой на руках. — Ты оказалась права!
— Да вижу я, вижу! — отозвалась мама. — Но лучше бы я ошиблась!
