— Миш, ну что ты как маленький! Подумаешь — две недели! — Анжела с укоризной смотрела на мужа, который мерил шагами кухню. — Она же моя мама!
— Вот именно — твоя, — буркнул Михаил, нервно поправляя узел галстука. — А жить с ней придется мне.
Он плюхнулся на табурет и уставился в окно. За стеклом моросил типичный для октября дождь, и настроение было под стать погоде — промозглое, тоскливое.
Их двушка на окраине города казалась уютным гнездышком, пока была только их территорией.
Небольшая, но светлая кухня, где они привыкли завтракать вдвоем. Гостиная с потертым диваном и книжными полками до потолка. Спальня, куда Михаил затащил антикварную кровать — свою гордость и предмет вечных споров с женой.
— Может, отель ей снимем? — с надеждой предложил он. — У меня как раз премия намечается.
Анжела возмущенно фыркнула:
— Еще чего! Чтобы потом полгода слушать, как родная дочь выставила мать на улицу?
Звонок в дверь заставил обоих вздрогнуть.
— Господи, уже? — Михаил покосился на часы. — Ты же говорила, в два?
— Это мама, — вздохнула Анжела. — Всегда приезжает на час раньше, чтобы застать врасплох и проверить, как мы живем.
Варвара Петровна впорхнула в квартиру, благоухая французскими духами и лучась доброжелательностью:
— Деточки мои! Ну как вы тут? — Она чмокнула дочь в щеку и окинула цепким взглядом прихожую. — А обои-то у вас совсем выцвели. И вешалка покосилась. Мишенька, ты бы следил за домом-то!
Михаил, уже облаченный в строгий костюм, что-то невнятно пробурчал и скрылся в ванной.
— Мам, ты же сказала — не раньше двух, — Анжела помогла матери снять пальто. — У Миши слушание в суде, опаздывает.
— Вот именно! — Варвара Петровна многозначительно подняла палец. — Человек в суд опаздывает! А все почему? Потому что порядка в доме нет! Вот я и приехала — наладить ваш быт.
Следующая неделя превратилась в бесконечную череду мелких стычек.
Варвара Петровна с энтузиазмом взялась за «преобразования»: переставила мебель, перемыла шкафы, рассортировала посуду и — страшно подумать! — добралась до Мишиных папок с документами.
— Мама, ну сколько можно! — не выдержала Анжела, обнаружив вечером идеально разложенные по алфавиту бумаги. — Это же его рабочий архив!
— А что такого? — искренне удивилась Варвара Петровна. — Теперь хоть порядок будет. А то свалено все как попало.
В субботу утром грянул гром.
Сначала его ничто не предвещало. Более того, Михаил даже пытался успокоить жену, распсиховавшуюся после очередного витка «помощи» матери.
Он осторожно погладил жену по плечу, прекрасно понимая ее состояние — сам едва сдерживался, обнаруживая очередные плоды заботы Варвары Петровны.
То его любимая кружка переедет на другую полку, потому что «так удобнее». То инструменты в прихожей будут аккуратно сложены в коробку и убраны на антресоли — «нечего им тут пылиться».
А вчера он битый час искал зарядку от телефона, которую теща сочла «лишним проводом» и куда-то припрятала.
