— Имею! — Елена почувствовала, как последние нити её терпения рвутся. — Я имею право говорить всё, что думаю, потому что меня это касается напрямую! Потому что это моё будущее тоже! Наше общее будущее, которое ты продал за мамино одобрение!
— Продал? — Денис побледнел. — Ты с ума сошла?
— Сошла? Тогда слушай внимательно, что скажет сумасшедшая жена.
Елена подошла к столу, где лежали документы из нотариальной конторы. Взяла их в руки.
— Видишь эту бумагу? Здесь написано, что половина квартиры принадлежит твоей маме. А половина — тебе. Мне не принадлежит ничего. Хотя два года назад мы договаривались, что всё имущество у нас общее.
— Ну… формально это моё наследство…
— Формально — да. А по факту — это должно было стать нашим общим капиталом для покупки семейного жилья. Но раз ты решил, что твоя мама важнее твоей жены, то и дальше всё будет по формальности.
— То есть свою половину квартиры ты можешь дарить кому угодно. Хоть маме, хоть соседке, хоть бездомным собакам. А я покупаю себе жильё сама. На свои деньги. И оформляю только на себя.
— Как это на свои деньги? — Денис растерялся. — У нас же семейный бюджет!
— Был семейный бюджет, — поправила Елена. — До тех пор, пока ты не решил, что можешь распоряжаться нашим будущим единолично. Теперь каждый сам за себя.
— Почему не могу? — Елена пожала плечами. — Точно так же, как ты мог подписать документы, не спросив меня. У меня есть накопления, есть работа, есть возможность взять ипотеку. Куплю себе однушку. Маленькую, но свою.
— А как же мы? Как же наша семья?
— А семьи у нас, оказывается, нет, Денис. Есть ты, есть твоя мама, а есть я. Отдельно. Раз важные решения ты принимаешь не со мной, а с ней, то и дальше так и живите.
Денис смотрел на неё с открытым ртом.
— Лен, ты серьёзно? Ты хочешь развестись?
— Я хочу жить с мужчиной, а не с мальчиком, который не может постоять за свою семью, — ответила она спокойно. — Пока ты таковым не являешься.
— Но я же любишь тебя!
— Денис, любовь — это не только слова. Это поступки. Это выбор, который ты делаешь каждый день. Сегодня ты выбрал не меня. Не нас. Ты выбрал мамину тревогу по поводу её придуманных проблем.
Елена прошла в комнату и достала из шкафа сумку. Начала складывать вещи.
— Ты что делаешь? — Денис бросился за ней.
— Еду к родителям. Подумаю, что делать дальше.
— Лен, стой! Давай поговорим нормально!
— О чём говорить? — она не прекращала складывать вещи. — О том, что твоя мама снова оказалась важнее меня? О том, что ты боишься ей возразить больше, чем потерять жену? О том, что наши планы для тебя ничего не значат?
— Значат! Конечно, значат!
— Тогда позвони маме. Скажи, что передумал. Попроси её отказаться от своей доли.
Денис замолчал. На его лице было написано всё: и желание сохранить семью, и панический страх перед разговором с матерью.
— Вот именно, — сказала Елена, увидев его выражение лица. — Ты даже подумать об этом не можешь. Потому что для тебя гнев мамы страшнее, чем потеря жены.
