— Теперь это всё твоё, Надя, — нотариус протянул мне документы, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног.
Бабушка оставила мне квартиру в центре города. Трёхкомнатную, в старом доме с высокими потолками и лепниной. Я была её единственной внучкой, и она всегда говорила, что позаботится обо мне. Но я никак не ожидала такого щедрого наследства.
Выйдя из нотариальной конторы, я сразу же набрала номер Артёма. Мой муж работал в банке и сейчас должен был быть на обеденном перерыве.
— Артём, ты не поверишь! Бабушка оставила мне квартиру! Ту самую, на Садовой!
В трубке повисла тишина, потом я услышала, как он выдохнул.
— Серьёзно? Надя, это же… Это же целое состояние!
— Я знаю! Я сама в шоке! Нотариус сказал, что все документы уже готовы, осталось только переоформить на меня!
— Слушай, я сейчас не могу говорить, у меня совещание через пять минут. Вечером всё обсудим, хорошо?
Я положила трубку с лёгким разочарованием. Ожидала более бурной реакции. Но Артём всегда был сдержанным, это одно из качеств, за которые я его полюбила. Мы познакомились три года назад на дне рождения общих друзей, поженились через год, и вот уже два года жили в съёмной однокомнатной квартире на окраине.
Жизнь у нас была непростая. Артём получал неплохо, но большая часть его зарплаты уходила на помощь его матери, Галине Петровне. Она жила одна в старенькой двухкомнатной квартире, постоянно жаловалась на здоровье и требовала внимания сына. Я работала бухгалтером в небольшой фирме, зарплата была скромной, но стабильной. Мы откладывали на первоначальный взнос для ипотеки, но процесс шёл медленно.
И вот теперь у нас появилась своя квартира. Не съёмная, не ипотечная — наша собственная. Я представляла, как мы обустроим её, сделаем ремонт, заведём кота, о котором я так мечтала. Может, даже задумаемся о ребёнке — в трёхкомнатной квартире места хватит.
Вечером я приготовила праздничный ужин. Купила хорошее мясо, сделала салат, даже торт заказала в кондитерской. Артём пришёл позже обычного, выглядел усталым и задумчивым.
— Ну что, расскажешь подробности? — спросил он, садясь за стол.
Я с энтузиазмом начала рассказывать о квартире, о том, какая там планировка, какие окна, какой вид открывается с балкона. Артём слушал молча, кивал, но я чувствовала, что он думает о чём-то своём.
— Что случилось? — наконец спросила я. — Ты не рад?
— Рад, конечно! — он взял меня за руку. — Просто… Я сегодня маме позвонил, рассказал о квартире.
Моё сердце ёкнуло. Галина Петровна имела удивительную способность портить любую радость.
— Обиделась, что я ей сразу не сообщил. Потом начала спрашивать про квартиру, про документы. Сказала, что хочет посмотреть.
— Ну и пусть смотрит, — пожала плечами я, хотя внутри уже начинала напрягаться.
На следующий день, в субботу, мы поехали смотреть квартиру втроём. Галина Петровна явилась при полном параде: в своём лучшем пальто, с идеальной укладкой. Она всегда одевалась так, будто шла на светский приём, даже если просто выходила в магазин.
