— Твоя мама продала квартиру и отдала деньги племяннику, даже не посоветовавшись с тобой. Твоя мама заняла наш дом, установила свои правила и при этом изображает беспомощную жертву. Артём, она манипулирует тобой. И ты этого не видишь, потому что она всю жизнь внушала тебе, что ты у неё в долгу.
— Как ты смеешь! — лицо Артёма исказилось. — Она вырастила меня! Она всё для меня сделала!
— И теперь ты будешь расплачиваться за это всю жизнь? — Лиза говорила тихо, но твёрдо. — Артём, ты мне муж или сын своей матери?
Он отшатнулся, словно она его ударила.
— Я могу быть и тем, и другим!
— Нет, — она покачала головой. — Не можешь. Потому что, когда надо было сделать выбор, ты выбрал её. Ты даже не попытался меня услышать.
Она застегнула сумку и подошла к двери. Артём стоял посреди комнаты, растерянный и злой одновременно.
— Ты куда?! Лиза, не устраивай драму!
— Я не устраиваю драму, — она обернулась на пороге. — Я просто ухожу туда, где меня уважают. К родителям. Когда ты решишь, кто я для тебя — жена или помеха твоей матери, позвони мне. Если решишь, конечно.
Она вышла в коридор. Галина Петровна стояла у кухни, всё с тем же платком в руках. На её лице не было слёз. Было торжество, плохо скрытое за маской озабоченности.
— Лизонька, милая, не надо так… куда ты? Мы же всё обсудим…
Лиза остановилась напротив неё.
— Вы выиграли, Галина Петровна. Наслаждайтесь.
Она открыла дверь и вышла, не оборачиваясь. За спиной остался растерянный Артём, довольная свекровь и квартира, которая перестала быть её домом.
Две недели Лиза жила у родителей в их трёхкомнатной квартире, спала на раскладушке в комнате брата и каждый день ждала звонка от мужа.
Он позвонил на третий день.
— Лиз, ну хватит дуться. Возвращайся домой.
Никаких извинений. Никаких попыток понять.
Он написал на пятый день: «Мама очень переживает. Она говорит, что это всё её вина».
На десятый день он появился у родителей. Бледный, с тёмными кругами под глазами.
— Нам надо поговорить, — сказал он.
Они сидели на кухне, и Артём мял в руках край скатерти.
— Мама сказала… она сказала, что может переехать к Валентине. Её подруге. На время. Пока мы не наладим отношения.
Лиза молчала, глядя на него.
— Она готова это сделать. Ради нас. Ради нашего брака.
— Как великодушно с её стороны, — тихо сказала Лиза.
Артём вздрогнул от холода в её голосе.
— Лиз… ты же понимаешь, как ей тяжело? Она всю жизнь одна…
— Артём, — Лиза перебила его. — Я не вернусь.
— Я не вернусь. Не пока твоя мама живёт в нашей квартире. И не потому, что я не люблю её. А потому что я не могу жить в доме, где меня не уважают. Где муж принимает сторону матери, даже не выслушав жену.
— Но я сейчас… я же пытаюсь найти решение! — он повысил голос.
— Решение? Твоя мама милостиво соглашается на время уйти, чтобы вернуться потом? Артём, она продала свою квартиру! У неё нет дома. И ты знаешь, что дальше будет? Она вернётся. Через месяц, через три. И всё повторится. Потому что ты не умеешь сказать ей «нет».
— Это моя мать! — он ударил кулаком по столу.
