Она лихорадочно открыла историю операций. И увидела то, от чего кровь застыла в жилах. Три дня назад. Перевод. Триста тысяч рублей. На счёт, владельцем которого был Дмитрий Андреевич К. Её муж.
Внутри что-то оборвалось. Это было не просто воровство. Это было предательство самого гнусного пошиба. Он не просто взял деньги. Он сделал это втихую, за её спиной, как вор. Он, который кричал, что «пашет на семью», залез в карман к жене, сидящей в декрете с его же ребёнком.
Лена сидела, уставившись в экран телефона, и не могла дышать. Гнев, обида, боль — всё смешалось в один тугой, удушающий ком. Он не просто пошёл на поводу у матери. Он стал её соучастником. Они решили взять то, что им не дали, силой. Тайно.
Она вспомнила его странное «почти дружелюбное» настроение несколько дней назад. Его предложение «сойтись на шестистах тысячах». Так вот в чём дело! Он уже украл часть, а остальное надеялся выпросить. Или тоже украсть позже.
В голове пронёсся вихрь мыслей. Что делать? Устроить скандал? Позвонить ему прямо сейчас и всё высказать? Нет. Это бесполезно. Он будет врать, изворачиваться, обвинять её же.
Она медленно закрыла приложение. Руки дрожали. Она подошла к окну и посмотрела на тёмный двор. Где-то там сейчас её муж праздновал свою маленькую победу. Рассказывал родителям, какой он молодец, как он «решил вопрос». А завтра они, наверное, поедут в автосалон выбирать себе новую машину. Частично купленную на её деньги. На деньги, которые она откладывала на будущее своего сына.
Холодная, звенящая ярость наполнила её до краев. Ярость придала ей сил и ясности. Она знала, что делать. Прямо сейчас.
Лена быстро зашла в настройки онлайн-банка и перевела оставшиеся на счёте деньги на другой свой счёт, в другом банке, доступ к которому был только у неё. Потом она заблокировала карту, привязанную к старому счёту. Это был первый шаг.
Второй шаг был сложнее. Она подошла к шкафу, достала большую дорожную сумку и начала бросать в неё свои вещи и вещи Миши. Только самое необходимое. Документы, немного одежды, детское питание, подгузники.
Входная дверь хлопнула. Дима вернулся. Он вошёл в комнату и замер на пороге, увидев Лену с сумкой в руках. На его лице было недоумение.
— Ты куда-то собралась? — спросил он так, будто она собиралась на вечернюю прогулку.
Лена не ответила. Она молча застегнула молнию на сумке. Подошла к кроватке, где спал Миша, и осторожно взяла его на руки, закутав в одеяло.
— Лена, я тебя спрашиваю! — в его голосе появились злые нотки. — Что за цирк ты устроила? Куда ты потащила ребёнка на ночь глядя?
Она повернулась к нему. И посмотрела ему прямо в глаза. Холодно, без ненависти, с одним лишь бесконечным презрением.
— Я видела перевод, Дима.
Недоумение на его лице сменилось страхом. Он побледнел.
— Какой перевод? Я не понимаю, о чём ты…
— Триста тысяч. На твой счёт. Три дня назад. Теперь понимаешь?
