Мать упрашивала отца оформить в дарственной пункт о том, что при см. ерти получателя имущество вернется дарителю. Но тот отказался. Посчитал это плохим предзнаменованием. Сын молодой, здоровый, ничего с ним не случится.
Рената охотно согласилась переехать к мужу. Свои две квартиры она сдала, не работала и получала неплохой доход. Ратмир буквально летал на крыльях любви, в идиллии они прожили почти три года.
Ратик носил жену на руках, и все почти поверили в то, что у их истории счастливый конец. И вот, эта нелепая см. ерть молодого мужчины. Лена до сих пор не верила в то, что произошло с ее братом. А Ренату словно подменили после см. ерти мужа.
Если до этого она старалась всячески угождать семье Ратмира, теперь, когда речь зашла о наследстве, женщина действовала уверенно и жестко, без всяких сантиментов.
Когда мать, наследовавшая половину имущества, попросила на время поселить туда Лену с детьми — в ее квартире шел ремонт, разразился скандал. Рената потребовала или выкупить ее долю или платить аренду.
На такое Раиса Тимуровна не была согласна. Немного остыв после первого такого разговора, она снова приехала к невестке.
– Рената, ну ты же все знаешь, эту квартиру покупали как страховку для Ратика на случай вашего развода. Отдай ее нам, и дело с концом. Ну не оформили мы дарственную как надо. Но у тебя-то совесть должна быть? — увещевала невестку свекровь.
– А у вас она есть? Еще время не прошло, боль не улеглась, а вы уже прискакали квартиру делить и доли требовать. Вам самим не стыдно? Я, может, пока даже не хочу вещи Ратмира трогать. А вы уже туда въезжать хотите.
– Но ведь у тебя есть другое жилье. — отбивалась Раиса Тимуровна, — и вообще, кто знает, может неспроста все твои мужья ушли на тот свет.
Не хочешь по-хорошему — я затребую экспертизу. Пусть моего сына проверят, может он не сам ум.ер, а от лекарств каких! Что ты тогда запоешь?
– Ах вот как вы заговорили. Я у вас теперь не наследница, а преступница? — закричала Рената, — идите вон отсюда, знать вас больше не хочу! Хотите опорочить память сына — делайте свои экспертизы.
Мне бояться нечего, ничего плохого я ему не сделала. Была ему отличной женой, любила без памяти! Да я сама все глаза уже выплакала! У меня тоже горе! А вы устраиваете тут проверки да скандалы.
Из принципа ничего не отдам. Оформляйте свою долю наследства, и пусть его делят, как положено.
– Сте…рва, не боится она ничего, да у тебя наверняка везде знакомства. Раз дважды такое сошло с рук, — распалялась все больше Раиса Тимуровна, — только со мной не бывать этому.
– Как хотите. С вами теперь будет разговаривать мой адвокат, — ответила Рената.
– Слова больше не скажу. У вас больные фантазии. А я в своей жизни и мухи не обидела. Но, конечно, куда проще поверить в черных вдов, чем в стечение обстоятельств. Как вы не понимаете, Ратмир был замечательный. А вы сейчас просто позорите его память.
