И из-под его пера выходили следующие строки, написанные каллиграфическим почерком с наклоном влево: не смог прийти на работу к назначенному времени из-за болей в животе — был увезен «скорой» с приступом аппендицита.
После длительного наблюдения хирургом и анализов аппендицит был исключен: меня отправили домой. Прошу считать причину неявки уважительной.
И причину считали уважительной! Хотя аппендицита там, и в помине, не было. И справки из больницы, тоже.
С одной стороны, писанина почти в семьдесят, это хорошо: мелкая моторика пальцев рук успокаивает и является профилактикой артроза. Да и занятие вполне себе приличное для хобби!
А, с другой, чего он там может насочинять? Вечно недовольный и обиженный старик? — муж выглядел гораздо старше своих лет.
Хотя все юмористы выглядят грустными и недовольными. Но не юмористические же рассказы он пишет, в самом-то деле?
Но, в любом случае, возвращаться домой женщине хотелось все меньше и меньше.
Вот и сейчас они шли с ее милонгерос — так называются танцоры на танцполе-милонге — и разговаривали: выяснилось, что у них — много общего!
Да, у Доры оказался постоянный кавалер! Остальные мужчины «мигрировали» от одной дамы к другой: теток на занятиях было гораздо больше. Поэтому с мужчинами все танцевали по очереди: остальное время — шерочка с машерочкой.
Но тут Борис Сергеевич подсуетился: пошел к паре, которая вела эти уроки, и честно сказал, что ему очень понравилась Дора Львовна! И пусть она останется навечно его дамой!
Ему, действительно, понравилась веселая, вкусно пахнущая Дора: она всегда душилась только французскими духами, которые ей дарили на Дни рождения дети.
Потому что, как любимая Коко Шанель, могла без необходимого и не могла без роскошного…
А Дора, которой польстило внимание симпатичного пожилого дядьки, стала с ним гулять после уроков танго.
Вот и сегодня навыражавшаяся ногами чувства Дора Львовна пришла домой поздно: они с ее партнером Борисом долго бродили по улицам, а потом посидели в кафе — он угостил даму мороженым…
Заслышав поворот ключа в двери, в прихожую вышел недовольный Ленчик:
— Где была? Я голодный, а ты где-то шляешься!
— А ты, наверное, грудничок, которому каждые три часа нужно совать в рот ти.тю! — недовольно произнесла Дора, с которой тотчас же схлынула обуревающая ее радость: ведь ей тоже стал очень нравиться спокойный и статный отставник.
— Еды в холодильнике полно, руки у тебя еще не отсохли: приятного аппетита! Я — в душ: ужинать не буду!
Леонид оцепенел: это был бунт на корабле! Первый раз она не стала греть ему еду! Это безобразие нужно было срочно прекратить. К тому же, у него был к жене разговор…
— Я хочу, чтобы ты мне разрешила прописать Лиду! — произнес зашедший в спальню Леня: жена уже легла поверх покрывала и включила сериал.
— Хорошую девочку Лиду? — попробовала пошутить Дора, надеясь, что этим все и закончится. Но муж шутки не оценил. — Это какую Лиду?
— Мою двоюродную сестру и ее сына!
