— Ну, ладно: я думаю, сейчас мы с тобой ни о чем не договоримся, — спокойно сказал пришедший в себя Борис. — Я предлагаю взять паузу: поживи пока у родителей, а там посмотрим.
— Как это? — удивилась Лиза.
— Очень просто: пока мне все не очень понятно. Думаю, что нужно немного подождать.
— Это все из-за конкурсов? — упавшим голосом спросила девушка.
— Да при чем здесь конкурсы, Лизавета! Какая уже разница! После всего, что сегодня произошло, конкурсы — последнее дело!
И девушка неожиданно вернулась домой: интересно, а на что, собственно, рассчитывал все затевавший Виталий Михайлович?
Вскоре Бориса вызвал к себе участковый: заявление о по бо.ях от отца Лизки он принимать не стал — нужно было, чтобы его написала сама потерпевшая.
А она, по естественным причинам, этого не сделала. Поэтому, провинившийся жених был приглашен просто для беседы.
Алиби Борьки подтвердили все друзья. А еще нашлись записи с видеокамер: как нетрезвая Лизавета «вписалась» в мусорный бак… Какой позор …
Заявление будущему тестю Борис не простил: еще не поженились, а от их семьи уже начался сплошной дискомфорт.
К тому же, после визита к участковому, он все рассказал своим родителям. И они категорически запретили ему жениться на «этой де…вке»: не хватало еще им заиметь такую родню! Хорошо, что Бог отвел!
Если честно, то Борис и сам вдруг расхотел. Да, как-то сразу. И большая и чистая любовь куда-то улетучилась, испарилась и растворилась, что ли — будто ее и не было.
И на месте ее возникло сложное чувство, состоящее, главным образом, из досады, что сразу не рассмотрел свою невесту и зря тратил время и деньги.
А также — из доли изумления способностями будущей жены с тестем и даже некоторого облегчения, что все обошлось малыми потерями.
И все: никакого сожаления! А хотели стариться вместе…
— Что же ты жизнь испортила и себе, и нам с матерью? — бушевал отец: перспектива жить со взрослой капризной дочерью не входила в его планы.
Ведь только-только перекрестились, когда она съехала. И — на тебе!
— Ты сам виноват: не надо было ту по переть, как бык на красную тряпку! Я же тебе говорила, что упала сама!
А ты: я его посажу! Что, посадил? Какого рожона было лезть в нашу жизнь? Назавтра бы мы помирились, и я бы вышла за него замуж! А теперь — что?
— Да я даже и представить не мог, что моя дочь так налакается! Это же надо так уделаться, чтобы башкой, да о мусорный бак! Даже я так не напивался! Ты что — на карачках ползла?
Да, какое счастье, что папе не показали запись с камеры видеонаблюдения — участковый пожалел…
Это был разговор слепого с глухим: оба считали, что в произошедшем виноват не он. А кто тогда виноват и что делать?
Свадебное платье стало пылиться в шкафу: бракосочетание, конечно, же не состоялось.
Непрактичная Лизка хотела вынести его на помойку: с глаз долой — из сердца вон! Но родители не дали: платье было из дорогих — жених денег не жалел.
Да, какого парня проморгали! А ведь все могло быть совершенно по-другому.
