— Ты вечно все делаешь не так, — бросила она однажды, когда Дмитрий пришел с работы.
Дмитрий пытался сглаживать конфликты. Старался больше помогать по дому, следил за каждым своим действием, но Анна словно искала поводы для ссор.
— Может, тебе нужно отдохнуть? — предложил он. — Давай съездим куда-нибудь вдвоем.
— Не надо, — отрезала Анна. — Не хочу!
Максим замечал напряжение, старался быть тише, меньше попадаться на глаза. Дмитрию было больно видеть, как мальчик мечется между ними.
Правда вскрылась случайно. Дмитрий вернулся домой раньше и увидел незнакомую куртку в прихожей. Мужскую. Сердце ухнуло вниз.
Она выскочила из спальни, прикрыв за собой дверь. Но Дмитрий успел заметить мужчину в их кровати.
— Дима, это не то, что ты думаешь.
— Правда? — хрипло спросил Дмитрий. — Сколько это длится?
Она молчала, опустив взгляд.
Три месяца постоянных придирок, провокаций.
— Вот оно что, — Дмитрий медленно кивнул. — Значит, ты специально выводила меня. Ты хотела, чтобы я ушел сам. Чтобы чувствовал себя виноватым.
— Я не хотела делать тебе больно, — прошептала Анна.
— Поэтому нашла другого и превратила нашу жизнь в ад? Отлично получилось.
Он собрал вещи за двадцать минут. Максим маячил неподалеку.
Дмитрий присел перед ним, взял за плечи.
— Макс, я всегда буду рядом. Слышишь? Позвонишь — приеду. Мы будем видеться, как раньше.
Но Анна разрушила и это. Ее терпения хватило на неделю.
— Не смей больше общаться с моим сыном.
— Что? Аня, ты с ума сошла?
— Если попытаешься с ним связаться, я подам в суд. Ты ему никто, понял? Никакого права на ребенка у тебя нет.
Голос Анны звучал холодно, безэмоционально. Будто он просто пустое место.
— Я восемь лет растил его!
— И что? Ты не отец ему. Ты никто! Юридически Максим тебе чужой.
Дмитрий пытался звонить Максиму, но телефон был отключен. Написал — не ответил. На третий день пришло короткое сообщение: «Мама запретила с тобой общаться. Прости».
Дмитрий скучал по мальчику, который стал ему сыном. Но время шло.
Звонок с незнакомого номера отвлек Дмитрия от готовки.
— Макс! Господи, как же я рад тебя слышать!
— Я теперь совершеннолетний. Мама больше не может мне ничего запрещать.
Они встретились в кафе. Максим вырос, вытянулся, стал шире в плечах. Но глаза остались прежними — темными, серьезными.
— Выживаю, — усмехнулся парень. — Мать совсем достала. Каждый день скандалы, претензии. Говорит, что ты меня испортил.
— Ага. Что я теперь неуправляемый, дерзкий. А все потому, что я не принимаю ее мужчин. Вот такой я плохой сын, — печально рассмеялся Максим.
А через месяц он позвонил Дмитрию в два часа ночи.
— Я не выдержал, ушел из дома. Можно у тебя переночевать?
Анна разрывалась от ярости. Звонила Максиму, кричала, плакала, требовала вернуться. Тот сбрасывал звонки. Их общение свелось к минимуму: поздравления с праздниками и редкие вежливые фразы.
К двадцати двум Максим сильно изменился. Он стал называть Дмитрия отцом. Снял небольшую квартиру неподалеку.
— Пап, хочу машину купить, — сообщил он недавно. — Поможешь выбрать?
