Она не знала, что впереди её ждут месяцы безденежья, страха и отчаяния. Она знала только одно: фарфоровая кукла разбилась. А внутри оказалась живая женщина из плоти и крови, которая очень хочет говорить.
Жизнь после развода напоминала плавание в ледяной воде.
Лена переехала с детьми в съемную «двушку» на окраине. Квартира была с «бабушкиным» ремонтом, коврами на стенах и запахом старости, который не выветривался даже при открытых окнах.
— Ничего, мам, зато парк рядом, — бодро сказал Миша, затаскивая коробки. Он повзрослел за этот месяц лет на пять. Взял на себя походы в магазин, помогал Пашке с уроками. Лена смотрела на сына и чувствовала вину: он должен гулять с девочками, а не таскать сумки с картошкой.
Лена устроилась администратором в салон красоты. График два через два, двенадцать часов на ногах, улыбка приклеена к лицу.
— Чай, кофе? Подождите минуточку, мастер освободится…
Вечерами ноги гудели так, что хотелось выть. Зарплаты хватало впритык: аренда, еда, репетиторы для Миши (ЕГЭ был на носу). Алименты Игоря приходили нерегулярно: он как раз открывал новый филиал фирмы и жаловался на «временные трудности с наличностью». При этом в соцсетях мелькали фото его новой жизни: горнолыжный курорт, рестораны, Кристина в шубе, которая стоила как годовая аренда их квартиры.
Но у Лены была отдушина.
Каждую ночь, когда дети засыпали, она садилась за старый кухонный стол, накрывала его клеенкой, чтобы не прилипали локти, и открывала ноутбук.
Роман рос. История Веры обрастала подробностями. Лена вплетала в сюжет всё, что видела вокруг.
Клиентки в салоне красоты стали неиссякаемым источником вдохновения. Она слушала их разговоры.
— Мой мне заявил, что я потолстела…
— А я нашла у него второй телефон…
— Я терплю ради детей…
Сотни женских судеб, похожих, как капли воды, и в то же время уникальных в своей трагедии. Лена записывала эти диалоги в блокнот, прячась за стойкой ресепшена.
Через полгода рукопись была готова.
«Изнанка тишины» — так она назвала книгу.
— Мам, ты что, правда книгу написала? — удивился Пашка, увидев стопку распечатанных листов.
— Попробуй, — сказал Миша. — Отправь куда-нибудь. Ты же всегда нам сказки крутые придумывала.
Отправка рукописи в издательства стала отдельным кругом ада.
«Слишком бытовая тема».
«У вас нет имени. Сейчас читают блогеров».
Отказы приходили один за другим. Лена распечатывала их и складывала в папку с названием «Могила амбиций».
Однажды, получив очередное «нет», она расплакалась прямо на работе.
— Ты чего, Лен? — спросила владелица салона, Ольга Петровна, женщина жесткая, но справедливая.
Лена рассказала. И про развод, и про книгу.
— Дай почитать, — неожиданно сказала Ольга.
На следующий день начальница вернула распечатку с красными глазами.
— Я не спала до трех утра. Ленка, ты дура? Это же бомба. Это про меня. И про Светку-маникюршу. И про всех баб в этом городе. Слушай, у меня племянница в крупном издательстве работает, в маркетинге. Я ей передам. Не через общий отдел, а лично в руки.
