— О, молодежь пришла, — бросила Регина, листая журнал на диване. — Настя, ты опять в этом сером свитере? У тебя что, траур круглый год? Ах да, дедушка… Кстати, ты уже продала его избушку? Мы с девочками хотим устроить вечеринку в стиле «рашн вилладж», нам бы пригодились старые самовары, если они там есть.
— Самовары есть, — спокойно ответила я, садясь за стол. — Но они не продаются.
— Все продается, милочка, — усмехнулась Алина. — Вопрос только в цене. Хотя, откуда тебе знать про цены. Ты же привыкла к бесплатному сыру.
Ужин начался. Разговор, как всегда, крутился вокруг денег, покупок и «тупости» окружающих. Меня словно не существовало. Я была просто декорацией, подтверждающей их статус.
— Артем, — вдруг обратился отец к сыну. — Ты говорил с Настей насчет машины?
— Да, пап. Она уперлась. Не хочет сдавать в утиль.
— Глупо, — отрезал Петр Сергеевич. — Настя, послушай опытного человека. Содержать старый хлам дороже, чем ездить на такси. Твой дед был, видимо, скрягой и недалеким человеком, раз держался за это железо. Гены — вещь упрямая, но ты постарайся их преодолеть. Мы не хотим, чтобы наш двор выглядел как свалка.
Я аккуратно положила вилку. Звук получился громким.
— Мой дед, Петр Сергеевич, был не скрягой. Он был инвестором.
За столом повисла тишина. Потом Алина прыснула:
— Инвестором? В навоз и картошку?
Все засмеялись. Артем тоже улыбнулся, глядя на меня с укоризной: «Ну зачем ты начинаешь?».
— Инвестором в землю, — продолжила я твердым голосом, глядя прямо в глаза свекру. — В частности, в землю на улице Ленина, 45.
Смех оборвался. Петр Сергеевич замер с бокалом у рта. Его лицо начало медленно наливаться кровью.
— Что ты сказала? Откуда ты знаешь этот адрес?
— Я была у нотариуса вчера. Оформляла наследство того самого «недалекого скряги».
Я достала из сумочки копию выписки из Росреестра и аккуратно положила ее на стол, прямо поверх блюда с карпаччо.
— Согласно завещанию Матвея Ильича, единственным собственником земельного участка, на котором расположен ваш автосалон «Элит-Авто», являюсь я. Анастасия Павловна Воронова.
Свекровь схватила бумагу. Ее руки тряслись так, что лист шуршал.
— Это… это бред! Петя, скажи ей!
Петр Сергеевич выхватил документ. Он читал, и с каждой секундой он становился все меньше. Его плечи опустились, спесь исчезла. Он узнал печать, узнал фамилию нотариуса.
— ООО «Вектор»… учредитель… Матвей Ильич… — прошептал он. — Так это он? Тот старик, который приходил пять лет назад и которого я выгнал с охраны?
— Да, — кивнула я. — Он хотел просто поговорить. Предложить партнерство. Вы назвали его бродягой.
— Настя… — голос Артема дрогнул. Он смотрел на меня так, будто впервые увидел. В его глазах загорелся жадный огонек. — Настя, так мы… мы богаты? Это же… это же все меняет!
Я повернулась к мужу.
— Нет, Артем. Это ничего не меняет. Ты вчера смеялся над моим наследством. Ты советовал отдать его государству.
— Я шутил! Я просто не знал! Малыш, ну ты же понимаешь, нервы, давление отца… Мы же семья!
