За последний год он вытянулся, одежда стала тесной и короткой. За лето ещё подрастёт и на следующий учебный год нужно покупать новую форму. Бывало, что кто-то матери отдавал поношенные вещи своих детей.
Однажды на перемене подросток из старшего класса узнал свои штаны. Андрей готов был сквозь землю провалиться от стыда. Из-за этого его ещё больше ненавидел Зверь.
Когда на следующий день они с сестрой возвращались из сада, Зверя с компанией не встретили. Но нож Андрей всё равно брал с собой. А через два дня во время урока за ним пришла секретарь директора. Андрей, выходя из класса, бросил взгляд на победную ухмылку Зверя. «Понятно. Он рассказал про нож».
Директор Николай Викторович поднял глаза от бумаг на столе, когда Андрей вошёл в кабинет.
— Ну что? Решил бандитом стать? На людей с ножом бросаешься? Подойди ко мне и покажи рюкзак, — не поздоровавшись, начал он.
Андрей не двинулся с места, так и стоял у дверей. Снял с плеча потёртый рюкзак и опустил его на пол рядом с собой.
— В колонию для несовершеннолетних захотел? — Директор поднялся из-за стола.
— Нет у меня никакого ножа. Я не бандит. Бандит — этот ваш Зверев. — Андрей глядел с вызовом прямо в глаза директору школы.
— Как ты разговариваешь со мной? — гневный голос его потонул в дребезжащем звуке школьного звонка, противно полоснувшим по нервам.
— Завтра придёшь в школу с родителями. Если без них, до уроков не допущу. А будешь дерзить, в полицию сообщу. — Директор снова сел за стол.
— Николай Викторович, не надо в полицию. — В кабинет вбежала запыхавшаяся Лариса Игоревна. — У Демидова мать в больнице. Как классный руководитель, я несу ответственность за мальчика. Можете сказать всё мне. Но я уверена, что он говорит правду и ножа у него нет, — на одном дыхании выпалила она, встав рядом с Андреем.
— Вы там были? Не знаете, а защищаете.
— Почему вы верите Звереву? Потому что деньги на школу даёт? Мы должны воспитывать и учить всех детей одинаково. По конституции каждый ребёнок имеет право…
— Демидов, выйди за дверь! — рявкнул Николай Викторович, перебив учительницу.
Андрей вышел в приёмную и встал у стены рядом с дверью, чтобы лучше слышать. Директор громко отчитывал классную за такие разговоры при ученике. Она храбро защищала Андрея. В какой-то момент она пригрозила, что не может работать в школе при таком несправедливом отношении к ученикам. Хоть сейчас напишет заявление на увольнение. Неожиданно крики стихли. Больше Андрей не мог разобрать ни слова.
Он вовремя отскочил от двери, потому что она открылась, и раскрасневшаяся Лариса Игоревна вышла из кабинета.
— Пойдём, Демидов. — Она нервно поправила воротник кофточки и первой пошла к выходу из приёмной.
Прозвенел звонок на следующий урок. Школьные коридоры резко опустели. Приглушённо стучали каблучки по деревянному полу. Андрей непроизвольно подстроился под ритм шагов учительницы.
— Так был у тебя нож? Я ведь поручилась за тебя, — Глядя перед собой, спросила Лариса Игоревна.
— Нет. У меня в руках была расчёска. Зверев наврал.
