— Не могу я, — зарыдала Людмила, — я не знаю что со мной происходит. Не могу я!
— Люся, — возмутилась соседка, — оглянись вокруг! Господи, ты в хлеву живёшь! Пока Федька работает на благо семьи, ты лежишь на диване, смотришь сериалы.
У тебя дети голодные, они по соседям побираются! Люся, возьми себя в руки, подумай о сыне и дочери!
***
Людмила ненавидела домашнюю работу. Она с супругом жила в деревне, мечтала вырваться в город и забыть о бесконечной суете.
Люда считала, что городские жители вообще ничем не обременены, что квартиру достаточно убрать один-два раза в неделю, о посуде и о пыли вообще можно забыть. Эту нудную работу выполняет бытовая техника.
В городе нет огорода, сада, стирать ковры руками не надо!
Супруги воспитывали двух детей — шестилетнюю дочь Полину и восьмилетнего Владика.
Жилось тяжело. Федор хватался за любую работу, но денег на семью всё равно не хватало.
Люда, может быть, и рада была бы куда-нибудь выйти, но все более-менее приличные места уже давно были заняты.
Жили Людмила и Федор не без скандалов, в семье случалось всякое. В основном конфликты возникали из-за патологической лени женщины.
Федор, упахиваясь на работе, часто возвращался в неприбранный дом, мужчине после тяжёлого трудового дня приходилось самому вставать к плите, чтобы накормить не только себя, но и детей.
Люда не проверяла у ребятишек уроки, спала до обеда, элементарные домашние дела Федору приходилось жену заставлять делать из-под палки:
— Люда, ну сколько можно? — принялся ругаться мужчина, запнувшись о гору грязного белья, лежащего посреди, — тряпки валяются! Ты когда их разберешь?
— Я плохо себя чувствую, — отзывалась Люда, лёжа перед телевизором, — сейчас немного в себя приду и уберу.
— Я не хочу с тобой ссориться, — тон Федора стал суровым, — но нормальных слов ты не понимаешь! Мне вчера снова пришлось готовить ужин и себе тормозок на работу.
Ты благополучно проспала весь день! Слушай, может быть, мы разведёмся? Или, может, мне тебя бить начать? Чтобы ты элементарные женские обязанности выполняла?
— Федя, ну не могу я себя заставить! Я понимаю, что я должна прибираться, готовить, стирать… Но у меня не получается.
— Я послезавтра уезжаю на лесопилку, а у тебя будет две недели на «подумать». Если к моему возвращению ты не изменишься, то будем разводиться.
Детей я оставлю себе и сам их как-нибудь воспитаю. От тебя всё равно нет никакого толку, ты их не замечаешь!
— То есть как это — разводиться? — приподнялась Людмила, — почему?
— Да потому что девять лет одно и тоже! Девять, Люда! Все эти годы мы живём в уж.асной грязи!
Скажи мне, что хорошего я от тебя видел? Ты хотя бы раз постирала мою рубашку или погладила форму детям?
Ты готовишь два-три раза в неделю, но мы хотим есть каждый день! Я, приходя с работы, навожу порядок, пока ты сериалы смотришь.
Зачем ты мне, если всю твою работу я делаю сам?
