— Планировали? — Алина усмехнулась, хотя ей было совсем не смешно. — Ты планировал въехать в готовое жильё, которое я заработала. А я планировала семью. Оказывается, мы разные вещи планировали.
Илья начал говорить быстро, сбивчиво, как всегда, когда нервничал.
— Подожди-подожди, давай встретимся, поговорим. Это всё от нервов, от стресса. Я сейчас приеду, ладно? Мы всё решим.
— Не надо приезжать, — мягко, но твёрдо сказала она. — Я ухожу на работу. Вечером у меня встреча.
— Какая ещё встреча? — в его голосе скользнула подозрительность.
— С человеком, — ответила Алина и отключилась.
Она не соврала. Вечером она действительно встречалась. С Артёмом — коллегой по проекту, который последние полгода помогал ей с отчётами, шутил в курилке и всегда замечал, когда у неё плохое настроение. Он никогда не спрашивал про квартиру, про планы, про родителей. Просто был рядом.
Илья звонил каждый день, присылал цветы на работу, писал длинные сообщения о том, как любит и как всё исправит. Галина Петровна тоже подключилась — сначала слезливо, потом с упрёками.
— Алина, ну как же так? — голос свекрови будущей (уже бывшей) дрожал. — Мы же на тебя рассчитывали! Квартира большая, светлая, мы бы все вместе…
— Вместе? — перебила Алина. — Вы трое и я в придачу?
— Ну, а как иначе? — искренне удивилась Галина Петровна. — Семья должна быть вместе. Мы бы помогали, присматривали…
Алина положила трубку и заблокировала номер. Потом заблокировала и Илью. Хватит.
В пятницу вечером она сидела с Артёмом в маленьком грузинском ресторанчике недалеко от офиса. Он заказал хачапури, который она обожала, и бутылку красного.
— Расскажи, что случилось, — тихо попросил он, когда она в третий раз за вечер уставилась в телефон, хотя он был выключен.
Алина подняла глаза. В его взгляде не было ни жалости, ни любопытства — только тепло.
— Я чуть не вышла замуж за человека, который любил мою квартиру больше, чем меня, — улыбнулась она криво. — И вовремя это поняла.
Артём кивнул, словно это было самое обычное дело.
— Теперь я свободна, — сказала она и впервые за долгое время почувствовала, что это правда.
— И за тех, кто ценит нас без квадратных метров, — добавила она.
На следующий день Илья подкараулил её у подъезда. Стоял под снегом, без шапки, с огромным букетом роз.
— Алина, — начал он сразу, как только она вышла из машины. — Я всё понял. Правда. Родители… они старой закалки. Но я-то люблю тебя! Не квартиру, тебя!
Она остановилась в двух шагах от него.
— А когда любил? — спросила тихо. — Когда я снимала комнату в коммуналке, ты тоже говорил о свадьбе? Или только после того, как я показала ключи от новой квартиры?
Илья открыл рот и закрыл. Не нашёл что сказать.
— Вот именно, — Алина прошла мимо. — Прощай, Илья.
— А если я скажу, что мне плевать на квартиру? Что я готов снимать жильё, лишь бы быть с тобой?
Она обернулась уже от двери.
— Скажи это своим родителям. И себе. А потом, может, кто-нибудь поверит.
Дверь подъезда захлопнулась.
Дома её ждала мама — с чемоданом.
