Ираклий вернулся через год: она на кухне лепила пельмени. Рядом сидела Брунгильда: кошка, взятая из приюта.
— Я вернулся! — сказал бывший муж, как ни в чем не бывало открыв дверь своим ключом.
И Ираида, которая в мечтах столько раз проговаривала, как и что она ему остроумно ответит, когда это произойдет — а в том, что это произойдет, женщина не сомневалась: закон бумеранга никто не отменял! — почувствовала, что ей все равно!
Точнее, даже не все равно! Она поняла, что ей не хочется, чтобы муж возвращался! Да, очень не хочется: женщине было хорошо и уютно с Брунгильдой! К тому же, если человек единожды предал, где гарантия, что он не сделает это снова?
Поэтому Ира коротко спросила:
— Ну, как! — после небольшой заминки произнес мужчина. И поинтересовался: — Разве ты не рада?
— Ну, как! — опять произнес Ираклий.
— Что ты «ка.каешь»-то через слово? — не выдержала женщина. — Заладил, как в рекламе: как, как — принимайте Дю.фа…лак! Чего тебе от меня надо? Ты ушел, нас развели, какого фига?
— Я понял, что люблю только тебя! — ответил Ираклий, не ожидавший такого холодного приема.
«Ага — как же: держи карман шире! — злорадно подумала Ираида. — Понял он! Выперли — не иначе! Или ребенок оказался не от него!»
— Ираклий, друг, не говори красиво! — ответила Ираида, защипывая очередной пельмень. И участливо поинтересовалась: — Выперли?
— Ну что ты такое говоришь! — не искренне удивился бывший муж. — Нет, правда, Ирочка! — Ираклий подошел ближе к столу. — Давай все обсудим спокойно!
Муж очень любил пельмени. Вот и сейчас он, как завороженный, смотрел на стройные ряды готовой продукции. Которая готовилась отправиться в заморозку: рот мужчины наполнился слюной…
— Ну, что — тогда, наверное, дитя, оказалось не твоим, Ракуша! — произнесла женщина, назвав его забытым именем. — Что — угадала?
— Ну да! — шмыгнул носом Ираклий.
Все произошло по классике: скоропомощная ситуация с ребенком, понадобившееся переливание кро.ви, не та группа, полное отсутствие родства позже.
— Молодец твоя жена! — похвалила соперницу Ираида. — Грамотно все рассчитала! Надеюсь, ты ей и младенчику не отписал свою жилплощадь?
И по лицу бывшего мужа поняла, что надеяться тут, скорее всего, не на что…
— Ну, что — и ты молодец! — ровным тоном произнесла Ира. — Ну, а от меня -то что хочешь, ма.чо? Я тебе уже давно — ни с какого боку! Да и ты мне даром не сдался!
— Ну, как! — опять ответил Ираклий.
— Тьфу! — сплюнула Ираида. — Хотя, я догадалась! Хочешь, чтобы я тебя простила, и мы стали, как раньше, вкусно ужинать? Ведь так?
— Ирка, ну ты же добрая! — заканючил мужчина, снимая рюкзак. — Да, я поступил необдуманно, даже подло, в какой-то степени! Но разве нельзя меня простить и начать все с чистого листа?
— Ты, это, погоди раздеваться-то раньше времени! — остановила его женщина. — И, вроде, ты уже начинал с чистого листа! — напомнила Ира бывшему мужу. — Да и нет у меня для тебя уже тех чистых листов, дорогой: что-то ты исписал, а остальное заляпал.
