В этот момент бой курантов на телевизоре начал отсчитывать последние секунды уходящего года. Галина села на стул, глядя в стену. Наташа не вернулась, Виктор ушёл. Шампанское выдыхалось, а праздничный стол выглядел как декорация к несостоявшемуся спектаклю.
Когда часы пробили полночь, Галина выдохнула и прошептала себе под нос: «С Новым годом, Галька. Вот уж праздник удался».
***
Галина сидела на кухне. За стеклом редкие снежинки лениво кружили в свете фонаря. В комнате стояла тишина, только часы тихо тикали на стене. Она прокручивала в голове последние часы, но каждый раз возвращалась к одному и тому же вопросу: «Как всё докатилось до этого?»
— А ведь когда-то всё было иначе, — пробормотала она, будто оправдываясь перед самой собой.
—
Когда Галя была маленькой, они с Наташкой жили в старой двухкомнатной «хрущёвке» с родителями. Отец, строгий и немногословный, часто бывал на заработках, а мать тянула домашний быт. Галя всегда чувствовала, что от неё ждали большего. «Ты же старшая, значит, должна помогать», — эту фразу она слышала чаще, чем «спасибо» или «молодец».
— Галка, иди посуду мой! — кричала мать из комнаты, где укачивала младенца. — Ну что ты как неродная-то?
— Мам, да у меня уроки! — жаловалась Галя, но шла на кухню, сжимая губы. Уроки могли подождать, но обида накапливалась.
Наташка была совсем другой. Жизнерадостная, шкодливая, она умела выкрутиться из любой ситуации. Если Галина была «правильной» дочкой, то Наташу прощали за всё: испачканные новые колготки, прогулянные уроки, даже двойки.
— Ты ей всё позволяешь! — как-то сказала Галя матери. — А меня всегда ругаешь!
— Да что ты понимаешь? Она ещё маленькая! — отмахнулась мать. И Галина замолчала, понимая, что её слова ничего не изменят.
Когда отец ушёл к другой женщине, Галя взяла на себя ещё больше. Мать работала в две смены, а она ухаживала за Наташкой, делала с ней уроки, кормила. Но сестра не ценила этого.
— Ты мне не мама, не командуй, — частенько заявляла Наташка. И хотя она говорила это с усмешкой, Гале было больно.
—
Виктора Галя встретила в техникуме. Он был тихим, но надёжным, из тех, на кого можно положиться. Она сразу поняла: вот он, человек, который не предаст. Через год после свадьбы у них родилась Машка, а потом началась привычная жизнь — работа, ипотека, редкие поездки на дачу. Галина стала такой же строгой и требовательной, как её мать, иногда сама этого не замечая.
С Наташей они виделись редко. Сестра вышла замуж за Олега — веселого балагура, абсолютно не приспособленного к семейной жизни. Он зарабатывал копейки, любил выпить и крутил романы на стороне. Через три года Наташа подала на развод.
— Ну вот, дотанцевалась, — сказала тогда Галя. — И что теперь делать будешь?
— Как-нибудь выкручусь, — Наташка засмеялась, но смех вышел натянутым.
Галя помогала ей, чем могла. Давала деньги, находила подработки. Но обиды из детства никуда не делись.
