Таня сидела на кухне с чашкой чая, разглядывая узор на обоях. В квартире было тихо, только часы лениво отмеряли секунды. Прошло три месяца с тех пор, как её муж Максим исчез. Последний раз она видела его в тот серый день, когда он ушёл якобы на работу. Как потом выяснилось, дом он тогда покидал уже с билетами в Мексику.
Начало рассказа тут:
Она узнала об этом случайно. От его друга Серёги, который то ли из жалости, то ли от излишней болтливости проболтался:
– Таня, он улетел. Укатил за океан. Ты же понимаешь, что его не вернёшь?
Тогда ей казалось, что хуже быть не может. Но как оказалось, она только начинала тонуть в болоте, которое Максим оставил после себя.
Проблемы с его долгами начали расти как снежный ком. Полулегальные кредиторы звонили ей ежедневно, угрожая.
Свекровь Валентина Павловна пыталась помочь, но её ресурсы давно иссякли. Оля, сестра Макса, отгородилась, заявив, что больше не хочет иметь с этим ничего общего.
– Он сам в это вляпался, — сказала она однажды, когда Таня попыталась поговорить с ней. — Я мать предупреждала: не потакайте ему, он вас в могилу сведёт.
Таня могла лишь молча сжимать кулаки. Она осталась совсем одна, с долговой ямой, которую не могла ни заполнить, ни обойти.
***
Тем временем Максим сидел на деревянной террасе маленького домика на побережье Мексики. Океан шумел неподалёку, мягкий бриз шевелил пальмовые листья, а в руке Макса поблескивала бутылка текилы.
Он любил эту картину — залитое солнцем побережье, лёгкую негу тропического тепла и иллюзию свободы. Иллюзию, потому что, как он ни старался, его мысли упорно возвращались к дому.
– Зачем себя мучаешь? — пробормотал он самому себе. — Всё в прошлом. Нет ни долгов, ни Тани. Ты свободен.
Правда была в том, что свобода оказалась лишь фантазией. Деньги, которые он вывез, быстро заканчивались. Работы он так и не нашёл. В испанском Макс не продвинулся дальше «сеньор» и «грасиас».
Он пытался оправдать себя. Он повторял себе, что дома его всё равно не поймут, что он сделал всё, что мог.
Но каждую ночь, засыпая под шум океана, он чувствовал себя всё более одиноким. Никто не хотел видеть его здесь, да и на родине его вряд ли ждали.
Поначалу Максим пытался наладить общение с местными, но всё заканчивалось тем, что они отмахивались от него как от назойливой мухи.
***
Таня сидела на диване, обхватив себя руками. Её телефон снова завибрировал на столе — очередной звонок от кредиторов. Последние недели были похожи на кошмар, который никак не заканчивался. Сначала угрозы по телефону, затем странные люди у подъезда. Сегодня уже пятый звонок, и Таня знала, что это не последний.
– Ну что, Танюха, не хочешь говорить — будем говорить с твоими соседями, — послышался глухой голос.
Она нажала «сбросить», стараясь не заплакать. Слёзы давно стали её привычной реакцией, но теперь плакать уже не хотелось. Её охватывала только пустота.
