— Галина Петровна, это квартира моей покойной бабушки, и я не позволю вам здесь командовать! — голос Светланы дрожал от едва сдерживаемого гнева, когда она обнаружила свекровь, переставляющую мебель в их гостиной.
Женщина средних лет с аккуратной укладкой и властным взглядом медленно выпрямилась, держа в руках фамильную вазу, которую Светлана помнила с детства. Эта ваза всегда стояла на комоде в бабушкиной квартире, и теперь, когда квартира перешла к ней по наследству, Светлана берегла каждую деталь интерьера как память о любимом человеке.
— Милочка, — протянула свекровь с той снисходительной интонацией, от которой у Светланы сводило скулы, — я просто пытаюсь навести здесь порядок. Павел мне ключи дал. Он согласен, что квартире нужна рука настоящей хозяйки.
Светлана почувствовала, как земля уходит из-под ног. Павел дал матери ключи от их квартиры? От квартиры, которую оставила ей бабушка? Без её ведома?
Три месяца назад, когда они с Павлом переехали сюда из съёмной однушки на окраине, Светлана думала, что жизнь наконец-то налаживается. Бабушка оставила ей эту просторную трёхкомнатную квартиру в центре города — последний подарок любимой внучке. В завещании было чётко указано: квартира переходит Светлане Андреевне Морозовой. Не семье Морозовых. Не супругам. Именно ей.
Но Галина Петровна восприняла переезд сына в новую квартиру как личное приглашение взять бразды правления в свои руки. Сначала это были безобидные визиты — «просто проверить, как вы устроились». Потом советы — «эти шторы совершенно не подходят к обоям». Затем начались подарки — новые покрывала, которые «гораздо практичнее ваших», набор посуды, который «намного качественнее этого старья». И вот теперь — самовольная перестановка мебели.
— Галина Петровна, — Светлана старалась говорить спокойно, хотя внутри всё кипело, — я вас прошу положить вазу на место и больше не трогать вещи в моём доме.
Свекровь театрально вздохнула и покачала головой, как делают взрослые, когда разговаривают с непонятливым ребёнком.
— Светочка, давайте не будем ссориться. Я ведь как лучше хочу. Вы молодые, неопытные. А я всю жизнь дом вела, знаю, как правильно пространство организовать. Вот здесь, например, диван лучше развернуть к окну, а телевизор перенести к противоположной стене. И вообще, эта старая мебель только пространство захламляет. Надо всё выбросить и купить современную.
При словах «выбросить» Светлана почувствовала, как что-то внутри оборвалось. Эта мебель была частью её детства. За этим столом она делала уроки, приезжая к бабушке на каникулы. На этом диване они вместе смотрели старые фильмы. В этом шкафу до сих пор хранились бабушкины фотоальбомы и письма деда с фронта.
— Ничего выбрасывать не нужно, — твёрдо сказала она. — И переставлять тоже. Мне нравится так, как есть.
Галина Петровна поставила вазу на журнальный столик — не туда, где она стояла раньше — и сложила руки на груди.
