— Светик, не надо. Все же, она — моя мать.
— А я — твоя жена! Тогда и за меня перед ней заступайся! Завтра же поговори!
Антон пообещал побеседовать с матерью и сдержал обещание. Целый месяц прошел без ссор. Свекровь постоянно корчила брезгливо-высокомерную мордочку и искала, к чему бы придраться.
— Света, ты неправильно носки сушиться повесила: пяточку нужно по центру распрямлять, а ты — в бок вытянула.
— Эти носки не деформируются, зато так высохнут быстрее.
— А рагу? Ну кто так рагу делает! Тебе что, масла для родного мужа жалко? Полкапелюшечки капнула!
— Этого хватит, а слишком жирное есть вредно!
***
Но это были цветочки, а ягодки появились, когда Антона отправили на неделю в командировку. В первый день Ксения Николаевна молчала, а потом началось.
— Что за постельное белье ты купила? Спать нужно на белом! — свекровь зашла в комнату Светы и Антона, когда сноха еще спала.
— Что вы здесь делаете? Выйдите отсюда! Это моя спальня, моя кровать и мое белье! Я не собираюсь отчитываться, на чем сплю!.
— А не помешало бы и отчитаться, и совета спросить! И вообще — твоего тут ничего нет!
Пока Светлана приходила в себя после такого «доброго утра», свекровь удалилась на кухню. Вскоре по всей квартире поплыл запах жареной скумбрии.
— Так, вымой плиту. И пол хорошенько. Там жиром набрызгано. И садись давай завтракать, — с улыбкой велела свекровь.
— Хорошо, — вздохнув ответила Света.
— Вот ты не видишь, а я вижу: на печке осталось жирненькое пятнышко. Надо вытереть, — миролюбиво заявила свекровь.
— Хорошо, мама, — в тон ей ответила Света.
— Мама?! Какая я тебе мама! У меня только сын! А ты — приблуда какая-то. Гнать бы тебя метлой поганой! Ну да ничего, Антон скоро поймет, какую змею пригрел.
В этот момент в прихожей что-то упало.
— Ой, Света, я такое безрукий, рассыпал шелуху от семечек. Уберешь? — ничуть не чувствуя вины сказал свекор.
Светлана вздохнула, смела шелуху и увидела, что ботинки свекра и сапоги свекрови настолько грязные, что кусочки высохшей земли уже начали отваливаться комьями от подошвы.
— Ладно уж, заодно вымою. Все равно потом придется, — девушка взяла обувь и ушла с ней в ванную.
Она мыла левый ботинок свекра над тазиком, когда свекровь фурией влетела в ванную и заверещала над ее ухом.
— Идиотка безрукая! Зачем ты шелуху в пакет сложила! Я думала — там семечки!
От неожиданности Светлана выронила ботинок, и он, словно подбитый эсминец тут же погрузился на дно тазика.
— Что ты натворила?! В чем отец должен теперь на работу идти! Мы же за неделю не высушим! Ты что, выпиваешь? У тебя руки трясутся? Так и знала, что сноха мне порченная досталась!
— Ну, знаете ли, достали вы меня со своими придирками! — Света в сердцах бросила второй ботинок в таз и ушла в комнату. Там она собрала свои вещи и решила уйти из этого дома.
— Иди-иди! Никто горевать не станет! А Антошеньке я нормальную жену найду!
— Удачи в поисках, — язвительно ответила свекрови девушка.
— Кстати, мусор захвати.
