В субботу Антон уехал на корпоративный тимбилдинг. Елена знала, что мероприятие проходит в загородной сауне, но это уже не имело никакого значения. К полудню квартира опустела. Она забрала только личные вещи, документы и ноутбук. Мебель и технику оставила новым владельцам — таковы были условия договора.
Ключи легли на тумбочку в прихожей с глухим стуком.
Такси уже ждало у подъезда.
Развязка наступила вечером воскресенья.
Елена разбирала коробки на новой кухне, когда телефон начал вибрировать. Звонил Антон. Раз, другой, третий. Потом посыпались сообщения — сначала вопросительные, затем требовательные, потом откровенно гневные.
Наконец позвонила Валентина Ильинична. Елена приняла вызов и включила громкую связь.
— Ты что устроила?! — голос свекрови срывался на истеричный визг. — Мы приехали домой, а ключ не подходит! В квартире чужие люди! Какой-то хам сует мне какие-то бумаги и говорит, что он теперь хозяин! Они уже полицию вызвали!
— Не кричите, Валентина Ильинична. Всё строго по закону. Квартира продана. Собственник сменился.
— Как это — продана?! А я?! Я же там прописана!
— Именно. — В голосе Елены не дрогнула ни одна нотка. — Согласно пункту второму статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, переход права собственности на жилое помещение прекращает право пользования этим помещением для членов семьи бывшего собственника. Вы так хотели центральную прописку? Вы её получили. Наслаждайтесь статусом. Правда, новые собственники уже готовят исковое заявление о вашем принудительном снятии с регистрационного учёта, но пару месяцев штамп в паспорте у вас точно побудет.
— Ты… у тебя не было права! Где я буду жить?! Это мошенничество, я в суд подам!
— Никакого мошенничества, Антон. — Елена говорила спокойно, почти монотонно. — Квартира была приобретена мной до заключения брака. Это моя личная собственность, которой я распорядилась по своему законному усмотрению. Полученные деньги я потратила.
— Куда потратила?! Мы ещё посмотрим! Я докажу, что мы там делали ремонт за общие деньги, что это совместно нажитое имущество!
— Попытайся. Но квартиры у меня больше нет. И денег на счетах тоже нет. Имущества, зарегистрированного на моё имя, — ноль. Судебные тяжбы обойдутся тебе дорого и растянутся надолго. А жить тебе негде уже сегодня. Кстати, твои вещи на складе индивидуального хранения, бокс номер пять. Оплачено на три дня вперёд.
— Лен, ну зачем же так? — Голос мужа предательски дрогнул. — Может, мы ещё поговорим нормально?
— Поговори со своим «Зайчонком», Антон. Думаю, она по достоинству оценит перспективу строить отношения с мужчиной без квартиры, зато с кредитной машиной и мамой, которую выселяют через суд.
Елена нажала отбой и занесла оба номера в чёрный список.
За окном нового дома загорались вечерние фонари. Было тихо и спокойно. Схема сработала безупречно: добрачное имущество превратилось в собственность совершеннолетней дочери, до которой не дотянется ни один бракоразводный процесс, ни одно судебное решение о разделе.
