Немного успокоившись, супруги поговорили за ужином, а с утра Кирилл помог с вещами и проводил Таню на поезд.
Девушка будто окунулась в советское время, все в санатории было таким, как в детстве. Те же скрипучие кровати, столовая с ее оздоровительно-пресной едой. Только это теперь не вызвало в ней того недовольства, она наслаждалась тишиной, спокойствием и процедурами. Спустя четыре дня Таня ощутила какую-то пустоту, ей чего-то не хватало. Счастье было неполным. Мысли о супруге и сыне стали чаще волновать. Она плохо стала спать.
В очередной день гуляя по парку санатория, Таня вышла за территорию и увидела магазинчик с сувенирами и местными вкусностями. Ей тут же пришла идея накупить подарков родным, вызвать такси и отправиться на вокзал. Она, как ребенок, обрадовалась своей затее. В приподнятом настроении Таня села в поезд, закинула чемодан под сидение и стала смотреть на мелькающие деревья.
Таня была взбудоражена предстоящей встречей и рада, что решилась сделать такой сюрприз. Размеренное постукивание колес о рельсы убаюкало девушку. Она увидела сон, в котором обрывки воспоминаний из детства переплетались с полетом черных птиц, все мелькало и создавало тревожную атмосферу. Таня никак не могла отойти от сна, неприятное чувство не оставляло в покое.
Сидя в такси, которое ехало по направлению к дому, Таня поняла, что никогда не ценила себя, жила чужой жизнью, всегда думала о мнении других и пыталась соответствовать чьим-то ожиданиям. Таксист вернул ее в реальность, остановившись у подъезда. Перед тем как зайти, она взглянула на окна квартиры и вновь ощутила неприятную дрожь.
— Может, в поезде продуло, — вслух подумала она и вошла в дом.
Тут же стала перебирать в уме любимые блюда мужа и сына, планировать список покупок. Она вставила ключ в замочную скважину и легко провернула. Замки и петли всегда были в отличном состоянии, Кирилл не мог терпеть скрипа в доме.
Таня тихонько отворила дверь и не могла поверить своим ушам. Раздался озорной смех женщины, просящей перестать ее щекотать.
— Кирилл, перестань! И вообще ты сказал своей женушке, что вы расходитесь? Когда она вернется, кстати? — все еще продолжая смеяться, задавала вопросы неизвестная особа.
Сил сдвинуться с места у Тани не было, в ней бушевало море нахлынувших эмоций, и она не могла никак понять, что хочет сделать в этот момент. Но беззаботный разговор двух нежащихся людей в спальне продолжился.
— У нас с тобой есть целая жизнь впереди, а у нее еще неделя санатория. С чего я должен о ней беспокоиться. Всю жизнь терплю ее нытье и все проблемы решаю. Надоело тащить все на себе, пусть суд ее оповещает. Много чести.
Таня к этому моменту справилась с эмоциями и решительно направилась в супружескую спальню.
— Ну здравствуй, дорогой! Не надорвался еще на два фланга трудиться? Что совсем туго? А я и не знала, как тебе тяжело, — с ухмылкой произнесла Таня.
