Лишь на первом курсе Настя узнала, что она очень хорошенькая. Невысокий рост, длинные светлые волосы, тонкие черты лица, пронзительные голубые глаза приковывали к себе взгляды окружающих. Особой популярностью она пользовалась у парней. Те соревновались, кто же эффектнее подкатит к главной красавице курса. Особенно выделялся среди них один парень.
— Влад, ну я не могу принять этот букет, он с половину моей комнаты — попыталась вернуть парню очередной букет Настя.
— Для тебя всех цветов мира не жалко! — рыжий парень лишь улыбнулся.
— Особенно мои тюльпанчики! Ну, Исмаилов, туалеты мыть у меня будешь! — внезапно появившаяся ниоткуда комендантша грозно размахивала метлой, отгоняя Влада от разоренной клумбы.
Были и подарки, и серенады под окнами общежития, а уж сколько записок в форме сердечек! Но Настю это только злило. Одно появление этого яркого рыжего парня почему-то сбивало весь ее учебный настрой. В конце концов, она же учиться сюда приехала, а не всякое такое!
Но все «валентинки» Настя бережно хранила под подушкой. Иногда она с замиранием сердца перечитывала любовные послания, крепко-крепко прижимая бумажные сердечки к груди. А вот любви родителей она так и не получила.
— Ой, гляньте, какую красивую тетеньку к нам занесло ветром, — кривлялся отец, когда Настя приезжала на праздники домой.
— Что привезла? Чем порадуешь мать? Только не вздумай опять про свои оценки! — раздраженно с порога заявляла мать.
— Мама, я привезла вам подарки, все, что вы с папой просили.
— Ну, молодец. На вот, поешь яичницу. А что? Чем богаты, тем и рады, — прибеднялась мать.
После таких визитов девушка обычно уезжала с непонятной тяжестью на сердце.
Четыре года обучения пролетели быстро. Не верилось, что она уже квалифицированный специалист. Настя смутно помнила церемонию вручения дипломов. Зато празднование после она запомнила надолго. В тот вечер Влад был навеселе. Он громко кричал песни, дергано танцевал и много раз подходил ко столу, уставленному стеклянными бутылками.
Встречали рассвет они с Настей вместе на балконе. Девушка любовалась, как золотые лучи красили крыши домов. Влад же не спускал глаз с девушки, в которую был влюблен четыре года.
— Да я ж без тебя, Настюша, жить не смогу! — вдруг сказал Влад, схватив ее тонкую руку.
— Не выдумывай, я же не кислород, чтобы без меня помирать.
— Ты не права. Для меня ты самая-самая. Я ведь с первого курса только на тебя смотрю. Ты среди всех девчонок выделялась. Красивая, милая, симпатичная. Я вот что подумал, — юноша достал из кармана пиджака пластмассовое голубое колечко. — Будь моей женой. Нормального кольца пока нет, но я на него заработаю, только согласись, прошу!
— Кроме внешности ничего не разглядел что ли?
Настя выдернула руку из мертвой хватки и ушла, не оборачиваясь. В тот момент она решила, что пора студенческую влюбленность оставить в прошлом и двигаться дальше. В конце концов, она не кукла, не трофей, не сырьевой придаток, какой ее видели и родители, и Влад.
***
