Дмитрий свернул во двор. Их окна на четвёртом этаже светились мягким жёлтым светом. В этой квартире Полина впервые пошла сама. Здесь Наталья клеила обои на кухне, балансируя на старом табурете. Здесь Дмитрий среди ночи собирал детскую кроватку и шепотом ругался, стараясь не разбудить новорождённую дочь.
И теперь оказалось, что всё это было не их жизнью, а временным пристанищем.
Дома Наталья уложила Полину спать, а затем открыла ноутбук.
— Что ищешь? — спросил Дмитрий, остановившись в дверях.
— Квартиры.
— Прямо сейчас?
— А когда? Нам дали время только до конца месяца.
Он подошёл и сел рядом.
— У нас четыреста девяносто шесть тысяч гривен. Если не залезать в резерв, на первый взнос должно хватить.
— Тогда резерв не трогаем, — сказала Наталья. — И смотрим только то, что реально сможем потянуть.
Дмитрий накрыл её ладонь своей рукой.
— Наталья, я не отдам Кристине эти деньги.
Она внимательно посмотрела на мужа.
— Даже если твоя мама начнёт давить сильнее?
— Даже если она объявит меня ужасным сыном.
И только тогда Наталья впервые за весь день смогла нормально выдохнуть.
Этап 3. Жильё, которое пришлось искать срочно
Следующие несколько дней слились в одну бесконечную гонку. Работа, детский сад, просмотры квартир, переговоры с риелторами, подсчёты по кредиту. Наталья делала таблицы, сравнивала районы, платежи и состояние домов. Дмитрий после смены ездил смотреть варианты, возвращался уставший и молча показывал фотографии.
Татьяна Сергеевна звонила каждый вечер.
Сначала говорила почти ласково:
— Димочка, ну подумай ещё раз. Кристиночка ведь тебе не посторонний человек.
Потом в голосе появлялась обида:
— Не думала, что ты можешь быть таким холодным.
А затем она перестала подбирать выражения:
— Это Наталья тебя настроила. До её появления ты был нормальным сыном.
Дмитрий выслушивал всё это молча. Лицо у него краснело, пальцы так крепко сжимали телефон, что белели костяшки, но ответ каждый раз оставался прежним:
— Мам, денег мы не дадим. И из квартиры мы съедем.
На пятые сутки Татьяна Сергеевна написала уже Наталье.
«Ты своего добилась. Отняла у меня сына. Надеюсь, тебе не будет стыдно смотреть в глаза собственной дочери».
Наталья прочитала это сообщение, сидя за кухонным столом. Полина в это время возилась с пластилином и старательно лепила домик с ярко-красной крышей.
— Мам, а когда у нас будет свой дом? — неожиданно спросила девочка.
Наталья будто застыла.
— Скоро, Полинка.
— Такой, чтобы бабушка не могла нас выгнать?
Дмитрий, стоявший возле плиты, резко отвернулся к окну.
Наталья опустилась рядом с дочерью на корточки и тихо ответила:
— Да. Именно такой. Где никто не сможет сказать нам уходить.
