Маша, мы за вещами приехали, мне кое-что отсюда нужно забрать. В бабушкиной комнате всё же лежит на своих местах, где и раньше? Мы ненадолго заскочили — я сейчас всё, что нужно, соберу и домой поедем.
— Мы с дедом, что успели, уже разобрали. — ответила Маша, вспоминая слова деда. — А какие вещи ты собираешься забрать?
— Драгоценности мамины, например, у неё много было золота. Папа почти на каждый праздник ей то цепочку, то кулончик, то сережки с колечком дарил. Ты же знаешь, как бабушка украшения любила. Где они?
— А нет их. — спокойно ответила Маша.
— Как это нет?
— Распродали. — соврала девушка. — У бабушки и дедушки на могилах стоят памятники. Пока дед был жив, я лекарства на эти деньги покупала, за питанием его и за диетой следила. Как ты, кстати, и велела.
— А тебе кто-то вообще к ним прикасаться разрешал? — не на шутку разозлилась Анфиса. — Я смотрю, быстро ты научилась чужим имуществом распоряжаться.
По наследству всё имущество родителей должно было перейти мне. Все мамины украшения мои по праву, да и не верю я, что вы с отцом за год успели все деньги потратить, много ли старику надо? Там, наверное, миллионы получились.
— Значительно меньше. — не повышая голоса, ответила Маша. — В ломбарде никогда полностью сумму не дадут. Денег и украшений нет, ничего не осталось.
По вытянутому лицу отчима Маша поняла, что мать надолго здесь не задержится.
Мужчина повернулся к Анфисе и рявкнул:
— Ну и чего стоишь?! Если брать нечего, то поехали домой — мне сегодня в ночную смену на работу добраться ещё нужно. Давай, пошевеливайся.
Зря я тебя послушал — тащился в такую даль, столько денег на бензин истратил. Нужно было тебе сначала позвонить и узнать, имеет ли вообще смысл сюда ехать. Одни убытки от тебя!
Анфиса уехала, пообещав вернуться примерно через полгода. Женщина ещё не знала, что квартира уже давно принадлежит её дочери, и собиралась в установленный законом вступить в наследство.
Чтобы несколько раз не мотаться, Анфиса планировала незадолго до окончания законом выделенного срока приехать, заявить о своих правах и тут же переоформить недвижимость на себя.
Маша спокойно жила теперь уже в своей квартире, имея все подтверждающие документы. Нужно было бы делать ремонт, но девушка никак не могла на него решиться — всё-таки столько воспоминаний, тёплый и светлых, было связано с этой обстановкой.
Драгоценности бабушки она не трогала, подрабатывала, на эти деньги и жила.
Ровно за 2 недели до окончания срока вступления в наследство приехала Анфиса.
Внезапно, следом за матерью заявился и Георгий.
Маша, впуская в квартиру близких родственников, подумала:
— Договорились, наверное, заранее. Надо же, а меня даже и не предупредили о своём визите.
Морально к сложному разговору девушка уже давно была готова. Даже не предложив родственникам чаю и пройти внутрь квартиры из коридора, Маша спросила, глядя матери прямо в глаза:
