Но мягкость и доброта Людмилы часто вредили ей. Девушка совершенно не умела постоять за себя. Поэтому первой попадала под сокращения, на нее хитрые коллеги скидывали самые сложные и неблагодарные проекты. И Люда все тащила на себе, не смея возразить.
Зато у ее двоюродного брата Антона, которому сейчас было 36 лет, тогда, по молодости, все складывалось замечательно. Он отличался слегка грубоватой мужской красотой, которая располагала к себе всех.
– Людка, сестра, слушай, помоги немного. Хочу открыть свой клуб, мне кажется, что все получится! — Антон тогда был совсем молодым, а Люда все-таки на четыре года старше братца.
– Чем тебе помочь? Документы прочитать? Так я больше трудовыми правами, сотрудниками занимаюсь. В организации бизнеса ничего не понимаю.
– Да и не надо! Деньгами помоги! Там ремонт в помещении надо сделать, аренду оплатить?
– Антон, ты же знаешь, я на квартиру коплю.
– Поэтому и обратился: у тебя деньги есть. Помоги брату!
И Люда помогла. Причем не единожды. Но каждый раз, когда Антон брался за новый проект, он забывал учесть то одну деталь, то другую. Как результат — его бизнес раз за разом прогорал.
– Родители, я решил заниматься продажей импортных автомобилей элитного класса! В нашем городе эта ниша не занята!
– Сынок, а ты не задумывался, почему?
– Конечно, задумывался! Людям просто в голову это не приходило!
– Нет, Антон, просто у нас слишком маленький город для машин такого класса. А те, кто может себе позволить, ездит на новых.
– Вы просто не верите в меня! — психанул в тот день Антон.
Деньги он нашел: обратился к двоюродной тетушке, и та не смогла отказать племяннику. В конце концов, не осталось ни одного родственника и ни одного знакомого, кому бы Антон не задолжал. Но если родные смирились с тем, что денег не увидят, то другие кредиторы то и дело напоминали о себе.
– Антон, мне кажется, ты заигрался, — пару лет назад во время семейного ужина обратилась к брату Людмила. — Ты всем вокруг должен, однажды попадешь в беду — кто тогда поможет?
– Сестра, а что это ты такая блеклая стала? Осунулась, состарилась? Мужика что ли нет? — расхохотался Антон.
– А это тебя не касается, — Людмила едва сдержала слезы.
– Вот и мои дела — тоже тебя не касаются, — Антон посмотрел в глаза Люды, и женщина съежилась под этим холодным злобным взглядом.
– Антон, ты не справедлив к Людочке, — на правах самого старшего члена семьи остановила ссору Софья Ивановна.
– Да ну? Она ж сиднем сидит на своей работе, деградирует потихоньку. Ничем не интересуется. Скукотища!
– Людочка многим интересуется, зря ты так! Она часто приходит ко мне, мы смотрим фильмы, беседуем о книгах. Оно готовит и убирает у меня…
– Сиделкой, что ли, подрабатывает? — Антон снова не сдержал саркастичной улыбки.
– Почему это подрабатывает? Разве не так должны поступать внуки?
– Не знаю, — внезапно задумался Антон, а потом куда-то засобирался.
***
