Та частная фирма знакомого разорилась, дело не выгорело. Семён поискал-поискал место, да быстро нашёл, хорошо устроился. На другой завод, оборонного значения. А Наташа исполнила свою мечту — восстановилась в медицинском институте, ведь доучиться ей всего ничего оставалось. Мариночка росла хорошей, толковой девочкой, тоже мечтала, когда вырастет, врачом стать, как мама.
***
— Вам надо ехать в областную больницу на консультацию. Здесь таких специалистов нет, — сказала врач и стала выписывать направление. — Идите в регистратуру, поставьте печать. Всё. Потом ко мне опять придёте, будем думать с вами.
Эльвира Степановна брела по коридору поликлиники, еле переставляя ноги. «Странный врач. Почему нельзя здесь, на месте всё проверить? Зачем куда-то ехать?! — негодовала она. — Да и вообще, зачем всё это? Намучилась уже. Не поеду. Чему быть — того не миновать. Буду пить свои таблетки, как и раньше. И ждать конца»
Совсем расстроилась Эльвира Степановна, заплакала. И когда она достала свой номерок, чтобы взять из гардероба куртку, её заметила та врач:
— Поставили печать? — строго спросила она, сверкнув стёклами очков.
Эльвира Степановна отрицательно замотала головой, не в силах ничего сказать.
— А чего так? Ну-ка…
Врач взяла из рук пожилой женщины бумажку и решительно шагнула за дверь регистратуры:
— Девочки! Тут мне нужно…
Эльвира Степановна бессильно опустилась на мягкий пуфик, который стоял в холле поликлиники.
— Вот! Обязательно езжайте! Там, говорят, хорошие специалисты, проверят всё, разберутся! — через пару минут врач вручила Эльвире бумажку с печатями.
***
— Невозможно, как долго принимает врач! — посетовала полная женщина, отдуваясь и обмахиваясь толстой папкой с разными медицинскими документами. — Ну и жарища, духота…
— Да вроде как, быстро было, — ответила маленькая аккуратненькая старушка, которая тоже сидела в очереди. — Это вот та женщина зашла и застряла прямо! Полчаса, наверное, уже не выходит…
В кабинете сидела Эльвира Степановна, а напротив неё — Наташа. Вернее, Наталья Романовна, врач, специалист. Эльвира плакала.
Наташа сразу её узнала. Эльвира была всё такая же статная и красивая, только постарела сильно. Да и что ж, уже почтенный возраст — семьдесят семь лет ей было. А болезнь у неё оказалась не опасная. Наташа хорошо разбиралась в этом. Но то, что она приехала, проконсультировалась, — это хорошо. Назначила ей Наталья лечение, но Эльвира не спешила уходить. Она плакала и очень просила простить её.
— Эльвира Степановна! Здесь не место для разговоров, меня ждут пациенты! Да и не за что мне вас прощать, всё в прошлом. Это было так давно, что быльём поросло. А внуки… Всё хорошо с ними, живём, не жалуемся. Да. Маришка школу закончила, поступила, Серёжа учится ещё. Семён на заводе работает, шестой разряд получил. Денег у нас хватает. Вы идите себе, лечитесь…
— Понятно… — тихо сказала Эльвира Степановна и поднялась со стула, — Я бы тоже не простила…
***
