Николай пытался достучаться до жены. Когда понял, что простые разговоры не помогают, то стал устраивать скандалы и даже сцены ревности, но ничего не могло её пронять. Она откровенно смеялась над ним или вообще равнодушно относилась к его эмоциональным выпадам. Никого у неё не было, и никто ей не был нужен — это Николай прекрасно знал, хотя и не понимал. Она просто не умела любить. Похоже, эта сторона жизни была ей попросту недоступна.
Но для чужих людей Ида была идеальная жена и мать, правда очень занятая. Она не любила выносить сор из избы, дорожила хорошей репутацией, прислушивалась к мнению окружающих, и потому никто не знал о том, что дети и муж этой холодной красавицы страдают от отсутствия любви. Хотя дети давно уже не страдали. Они привыкли, что вместо мамы у них бабушка. Но вот Николаю было очень тяжело.
Шли годы. Девочки, Инна и Марта, выросли; одна за другой, поступили в институт. Жили в общежитии. По бабушке сильно скучали, но её, к сожалению, скоро не стало, и вот тогда-то девочки поняли, что кроме Софии Давыдовны у них никого на свете и нет. Отец пил, мать всё так же пропадала на работе. Инна и Марта повторили судьбу Иды в том, что «выпорхнув из гнезда», не поехали больше домой, не вернулись. Сначала жили вместе, снимали квартиру. Потом вышли замуж и разъехались. Всё это время с родителями не виделись. Да и они ими не особо интересовалась. Раз в год отец звонил дочерям, поздравляя с праздником. По его нетрезвой речи девушки понимали, что дома всё по-прежнему.
— Как мама? — скорее из вежливости спрашивала по телефону Инна.
— Мама очень занята, — отвечал заплетающимся языком отец, — Как всегда… Она же работает… А я… тоже работаю, между прочим… А Марточка как?
— Нормально, пап. Ждёт пополнения.
— Дети — это цветы жизни, это хорошо, — многозначительно восклицал отец. А Инна, ссылаясь на срочные дела, всегда старалась поскорее закончить скучный разговор.
