— Молодой человек! — проговорила скрипучим голоском бабушка, про которых обычно говорят «божий одуванчик», — Уступите место женщине! Она же будущая мать!
— Не надо, бабуль! Я постою, ничего. Нам уже выходить с тобой, через одну остановку, — приятным голосом сказала молоденькая беременная женщина, которая стояла рядом с бабушкой в переполненном автобусе.
Парень продолжал невозмутимо сидеть на сидении и безразлично смотреть в окно.
— Ну как же так! — возмущалась старушка, — Ладно я, стариков уж они ни во что не ставят! Но женщина на девятом месяце!
— Дома надо сидеть! — усмехнулся парень, — И бабкам и беременным. Или гулять в парке, а не по автобусам толкаться! — нагло заржал он и, поднявшись, стал проталкиваться к выходу из автобуса.
Пассажиры, наблюдавшие за этой сценой, неодобрительно покачали головами, но промолчали, а две пожилые женщины, сидевшие на соседних креслах, буровя суровыми взглядами того парня, который отказался уступать место, разговорились.
— Эх, Никитична, молодежь сейчас другая пошла. Лучше и не связываться с ними, такого наслушаешься!
— Это ты не права! Во все времена хватает и плохих, и хороших. Ехала я тут намедни в автобусе, не в этом, в другом, в пятнадцатом, так там знаешь что было? Сейчас расскажу!
Все пассажиры приготовились слушать. Тем временем, бабушка с беременной внучкой вышли на своей остановке, да и многие другие пассажиры вышли, и в автобусе стало посвободнее.
— Ну, так вот, — продолжила бабушка, — Едем мы, значит, и тут на остановке входит в автобус странная женщина. Пожилая, не очень опрятного вида, лохматая, в старой дряхлой одежде, да ещё и босиком, по всему видно, скитается где-то. Что она в автобусе делала, не ясно, может, погреться просто залезла… Погода-то сама видишь, какая, ветер дует, вон, дождик накрапывает, осень же! А она босиком. Стоит, ноги грязные поджимает. Все пассажиры шарахаются от неё, и смотрят осуждающе, что, мол, стоишь тут, народ пугаешь, а один молодой человек, с большой коробкой в руках, который сидел на сидении и слушал музыку в наушниках, заметив бабулю, поднялся, снял наушники и уступил ей место. Старушка села. Маленького она была росточка. Сидит, устроилась поудобнее, а ножки у неё до пола не достают, свисают, как у маленького ребенка. А парень, нагнулся и принялся расшнуровывать свои ботинки. Снял и на бабушкины ноги заботливо натянул. Завязал, зашнуровал всё, как надо и направился прямо в одних носках к двери автобуса. А она сидит, улыбается беззубым ртом и говорит:
— Благодарствую! Счастье тебе будет! Вот увидишь! За твоё доброе сердце!
— Спасибо, бабуль, — улыбнулся парень, — У меня и так счастье! Вот, на работу устроился, зарплату первую получил, ботинки новые купил, и ещё могу купить. И дом у меня есть и родители живы-здоровы! Ну, до свидания! Здоровья вам!
