Борис же сидел в своей комнате и очевидно играл на компьютере, находясь в наушниках, потому скандал не слышал. Николай Никитич, комната которого была самая дальняя по коридору, тоже вероятно ничего не слышал, он любил громко смотреть телевизор.
Перепуганные и ничего не понимающие, они втроём выскочили из квартиры и потому не слышали, как Эдуард, до этого сидевший совершенно молча, усмехнувшись, сказал Тамаре:
— Ну вот. Это оказалось не так уж и сложно…
— Всё же, неудобно как-то, — медленно проговорила Тамара. — Мы ведь до этого не ругались никогда, чувствую себя неловко.
— Неудобно спать на потолке, любимая моя. Ты же сама говорила, что тесно. Теперь нет, — ответил Эдуард, обводя взглядом просторную кухню.
***
Алиса, Андрей и Егорка переехали к родителям Андрея на другой конец города. Те давно уже приглашали их к себе жить, но у Алисы была более просторная комната по метражу, чем у Андрея. Да и садик для Егорки дали там же, в двух минутах ходьбы от дома, и к поликлинике они были прикреплены там же, ничего менять не хотелось, а тут пришлось.
Оказалось, что всё не так страшно было, как чудилось в тот роковой вечер. Детский сад удалось сменить, с детской поликлиникой тоже вопрос решили, да и привыкли помаленьку, и Егорке тут даже больше понравилось. Тихое место, тихий район. Тихая квартира, добрые бабушка с дедушкой и нет наглого Эдуарда, который находясь в доме без году неделю, умудрился всех перессорить…
— Алис, прикинь, этот перец-то, Эдуард мамин такое отчебучил! Даже дедушка возмутился, он же молчит обычно и не встревает, ну ты знаешь, — рассказывал по телефону Борис. — Эдуард начал на мать наезжать, голос повышать, требования какие-то выдвигать. Она его и послала к себе домой. Он-то видимо подумал, что с ней всё можно, она же ему в рот смотрела всегда, а тут… Так разорались, что даже соседи приходили. Мать посуду бить начала, хотела вазой в него запустить. Кричала, что ошиблась в нём, что он не тот, за которого себя выдаёт. Тут дедушка и вступился. Взял его за грудки и выставил на лестницу. Так что тихо теперь у нас, как и раньше, можете возвращаться.
— Ни за что! — ответил Андрей, который стоял рядом во время разговора и всё слышал через динамик телефона. — Я не хочу вновь услышать, что меня «терпят».
— Ну, как хотите, — легко согласился Борис и, пожелав хорошего дня, прервал разговор.
Алиса стояла, задумавшись, держа в руке молчавший телефон.
— Вот тебе бабушка и Юрьев день, — наконец медленно произнесла она. — Не удивлена, на самом деле. Неужели мама думала, что если он поступал так с нами, то он никогда не поступит так с ней? Ещё бы руку начал поднимать… Бррр… Неприятный тип.
***
— Алиска! Боря женится, счастье-то какое! — мать впервые после конфликта позвонила дочери.— Девочка такая скромная, хорошая, Леной зовут. Жить будут у меня.
— Я очень рада, — каменным голосом проговорила Алиса. — Это всё?
— Ещё сердишься? — вместо ответа спросила мать. — На сердитых воду возят…
