Ему стало жалко жену. В самом деле, может и не стоило от неё это скрывать? Нехорошо как-то. Но мама… Она просила не говорить. И вообще, тогда, когда всё это начиналось, он был не женат. А теперь… Теперь всё по-другому. И стоит рассказать Але всё, как есть.
— Что ты молчишь? — напряженно спросила Аля.
— Деньги, которые я получаю от сдачи квартиры, я перевожу своей сестре Ольге.
— Сестре?!
— Да. Там грустная история. Её дочь… она серьёзно больна. Выяснилось это, когда малютке было четыре года. Сейчас ей девять. Провели две операции. Одна бесплатная, другая платная. Им пришлось взять огромный кредит. Врачи никаких прогнозов не давали. Потом потребовалась дорогостоящая реабилитация. Потом длительное консервативное лечение дорогими препаратами. И всё это без какой-либо надежды на излечение. Просто поддерживающая терапия. И как раз тогда не стало моей бабушки со стороны отца. Она оставила мне квартиру. Другой бабушки, со стороны матери, не стало ещё раньше, у неё тоже была квартира, она завещала её Ольге, вот в той квартире как раз и живет сестра со своей семьёй. Это далеко, шестьсот километров отсюда… Тогда и решили, что я буду свою квартиру сдавать и помогать сестре. Понимаешь, Оля работать не может, она полностью посвятила себя уходу за больным ребенком, денег там вечно не хватает, а ведь ещё и второй ребенок растет. Муж у неё зарабатывает мало… И в общем, вот…
— Я ухожу, — сказала Аля. Она решительно вытерла слёзы и отправилась в комнату, чтобы собрать свои вещи. Она решила пожить некоторое время у родителей. И подумать. И муж пусть подумает. Разве можно с ней так поступать? Зачем было скрывать такое? Она что ему совсем чужая? Какие ещё факты от неё скрывает муж?
Сергей предпринял слабые попытки её удержать, но Алевтина была тверда в своём решении. Она очень обиделась на мужа.
— Ушла? — голова Ирины Романовны высунулась в коридор, как только за Алей закрылась дверь. — Ну и правильно. Скатертью дорога… Может, найдешь нормальную, а не эту неумеху чудную. Ты гляди что, рот разевает на твои квадратные метры! А сама голодранка ни с чем пришла. Надо было искать невесту с приданным!
— Мам, ты специально что ли? — удивлённо спросил Сергей.
— А… ну… это… нет, конечно. Что ты говоришь, сын?! Это она такая хитрая и глазастая, всё подсмотрела, а потом давай орать, как на базаре. А что такого то? Дело благородное. Ты помогаешь своей сестре, у неё, между прочим, горе большое, неизлечимо больной ребенок, — сказала Ирина Романовна, а потом заплакала и запричитала: — Ох, Олюшка моя, доченька, и за что ей такое наказание досталося…
Сергей молча посмотрел на мать и так же, не говоря ни слова, прошел в свою комнату и закрыл дверь. Он понял. Аля была права. Мать выживала их из дома. Точнее Алю. А теперь жена обиделась и кто знает, удастся ли восстановить прежние отношения? Хотя все так запутанно… Когда-то всё же надо было бы рассказать Але об этой квартире. Или не надо? До каких пор он собирался это скрывать?
***
