Прошёл месяц. За ним другой. Лето подходило к концу. Дочь опять пропала. Сначала звонила пару раз, просила ещё побыть с внуками, так как нашла другую подработку. Николай качал головой, а Катерина верила. Может и правда остепенилась дочь? А с малышами не трудно было управляться, они росли самостоятельные и на удивление не хулиганистые, а послушные. Бабушку с дедушкой обожали. И те тоже таяли: всё ж родные, свои детки, хорошие.
Звонок из социальной службы застал Катерину врасплох. Она удивилась, что детей разыскивают, так как они состоят на учёте. И дочь тоже разыскивают. Катерина дрожащим голосом заявила, что они все живут тут, у них с мужем. И всё хорошо. На что соцработник ничего не ответила, но пригрозила проверкой. Приедем, мол, посмотрим, в каких условиях живут дети.
Прошло ещё несколько месяцев. Так никто и не приехал. И дочь тоже не объявлялась. Малыши скучали по матери, и Катерина уже не знала, что им говорить. Да и не могло это продолжаться вечно. Нужно было что-то делать. Оставив жену с внуками, Николай собрался и поехал на квартиру, где жила дочь.
— Поеду я, мать. Расспрошу хоть соседей. Может, кто видел, куда она усвистела. Или может, появляется там…
— Езжай, конечно. Знамо ли дело, дети без отца и матери растут? При живых родителях сироты, — Катерина заплакала.
Стыд-то какой. Все в деревне уж косо на них смотрели. Все знали, какова Алька-то. А что поделаешь?
Николай, припарковавшись около дома, где жила Алевтина, сначала решил посидеть в машине, осмотреться. Может, соседка выйдет, баба Тоня с первого этажа, вот бы хорошо. Уж она-то знает всё про всех. Или ещё кто…
Вдруг дверь подъезда открылась и изумлённому Николаю предстала картина: дочь, Алька, собственной персоной, жива-здорова, выкатывает коляску с ребёнком. Николай закрыл лицо руками. Ещё один внук. Или внучка…
История повторилась. Снова неожиданная беременность, снова неизвестно от кого. И снова Алька одна. Отец просто сгрёб её в охапку и вместе с малышом усадил в машину. Закрыл на замок. А коляску сложил и в багажник убрал. Сам пошел в квартиру. Покидал самые необходимые вещи в большую сумку и…
— Всё дорогая. Догулялась. Будешь у нас жить. В деревне. Мало ли, нравится тебе там или нет! Дом большой. Места хватит. За детьми сама будешь смотреть. Мать уже вымоталась вся, а она третьего рожает! Это видано?! Позорница!
Полгода жила Алька в деревне тише воды ниже травы. Отец денег ей не давал больше и матери запретил. Так и не знала Алевтина опять, кто отец ребёнка. Много, говорит, их у меня было, не знаю, чей…
А через год Алевтина не выдержала, сбежала. Уехала опять в город. Бросила своих детей и родителей. Всех бросила. Взяла сбережения, что у матери на хозяйство лежали за иконкой, и была такова.
А потом позвонила через некоторое время. Сообщила, что у неё всё хорошо и пусть на неё не обижаются. Вышла она-таки замуж. Живёт на мужниной жилплощади. Денег ей никаких не надо, у неё всё есть, вот!
