— Условия у нас хорошие. Пятиразовое питание, полное бытовое обслуживание, ортопедические кровати. И мероприятия у нас разные есть, всё есть. Людям у нас не скучно. Но… Клавдия Петровна она… как-то не вписалась в нашу жизнь. Знаете, бывает такое. Человек стопроцентно домашний. И если его оттуда вырвать, из привычной среды, он заболеет, — объясняла заведующая пансионатом приехавшей Гале. — Мы старались. Но. Я звонила вашей сестре, кажется… Алине. Рассказывала, про то, что Клавдия Петровна хандрить начала. И что её, возможно надо почаще навещать. Но никто так и не приехал, ваша мама совсем разболелась и слегла. Не встает, не ест почти. И психолог приходил наш, беседовал с ней, но пока без изменений.
— Я не могла… Я уезжала надолго, а когда вернулась, то сразу же позвонила… — пролепетала пораженная Галя.
— Вы идите к ней, идите! У нас сейчас как раз время посещений, — сказала заведующая.
Галя в тот же день забрала мать из пансионата и привезла к себе. Она погрузила нехитрые пожитки Клавдии Петровны в багажник и помогла ей сесть в машину. Мать была совсем слаба, постоянно принималась плакать. У Гали и у самой на глаза наворачивались слезы, когда она ехала за рулём и поглядывала на мать краешком глаза. Пожилая женщина молчала и, казалось, была совершенно безучастна. Куда везут? Зачем? Как будто бы ей было всё равно.
Галя взяла на работе отпуск за свой счёт на несколько дней и принялась за дело. Ей сказочно повезло. Она смогла найти квартиру, которая продавалась в их же доме прямо в их подъезде, только этажом ниже. Однокомнатная, недорогая. Галя приобрела эту однушку и поселила туда маму. Там было чисто и аккуратно и можно было сразу жить, не делая ремонт. Конечно же, кое-что подновить требовалось, но это было не критично. Хозяевам квартиры нужно было её срочно продать и потому всё всех устроило.
Большая часть суммы у Гали была (у неё имелись накопления), а на остальную она взяла ипотеку. Муж только покачал головой. Он не спорил с Галей. Раз она решила, значит так надо. Кроме того он видел, что старушка была совсем плоха, но скорее не физически, а психологически. И находясь рядом с родными, ей однозначно должно было стать лучше. Галя распоряжалась своими накопленными средствами он к ним отношения не имел, его зарплата была намного меньше зарплаты жены. Что он мог сказать? И Клавдию Петровну ему тоже было жалко.
Клавдия Петровна, видя как о ней заботятся, стала приходить в себя. Стала больше двигаться, разговаривать и кушать. И даже немного гулять, держась за ходунки. Галя к ней часто забегала, приносила еду, которую готовила с учётом того, чтобы хватило на всех. Отливала ей в маленькую кастрюльку суп, приносила в лоточках котлеты, салаты. К чаю тоже что-нибудь обязательно покупала.
