— Тишку моего только кто кормить будет? Кто? — Нонна дрожащими руками пыталась сложить вещи, нужные для больницы. Она держалась за бок и морщилась от боли.
Приступ у неё начался ещё днём. Сначала пожилая женщина маялась, пыталась пить свои таблетки, а потом всё-таки вызвала скорую. Бригада приехала на удивление быстро. На шум и разговоры врачей, которые были слышны на лестничной площадке, вышла из квартиры напротив соседка Юля, дочка которой недавно приходила просить муку, и увидела открытую дверь в квартиру Нонны.
— Не беспокойтесь, бабушка, соседи помогут, — увещевала врач. — Идёмте, вам надо срочно в больницу, берите вещи и спускаемся, машина ждёт.
— И правда, Нонна Романовна, не волнуйтесь за кота, — сказала Юля. — Мы накормим его. Маша придёт, насыплет ему в мисочку корм, не волнуйтесь, поправляйтесь только скорее!
Бабушку увезли в больницу. А Юля, которая имела запасные ключи от квартиры Нонны (на всякий случай — так они договорились уже довольно давно) аккуратно закрыла дверь, предварительно проверив, наполнена ли у кота миска.
— Ну, Тишка, уехала бабуля. Не горюй, вернётся. Полечится, и будете опять вместе, — сказала Юля коту.
Потянулись тоскливые будни Нонны Романовны в больничной палате. Приступ ей сняли, но сказали, что нужно пока соблюдать постельный режим. Лежать было скучно. Кроме Нонны в палате находились ещё две пожилые женщины. Четвёртая кровать пустовала. Но через день туда положили весёлую старушку. На вид ей было лет девяносто, не меньше. В палате сразу стало оживлённо.
— А что у вас за болезнь? — спросила Нонна. — Капельницы гляжу, вам не ставят. Таблетки только пьёте.
— У меня все болезни. Много. Инсульт, инфаркт, бронхит, — перечислила бабушка, загибая пальцы, как маленькая. Она была сухонькая, низенького роста. Опрятная, чистенькая, в беленьком платочке. Когда она сидела на кровати, то ноги у неё едва доставали до пола, как у ребёнка.
«Странно, — подумала Нонна. — Ни кашлянула ни разу. И бодрая, энергичная. Всем бы такими быть…»
— Ну, поправляйтесь.
— Поправлюсь, куда ж я денусь, — хохотнула старушка. — А вы слыхали новости?..
Дальше бабуля принималась сплетничать и рассказывать небылицы. И так целыми днями. Старушка развлекала всех: и пациентов и врачей. Задорная, с блеском в глазах, чего не скажешь про Нонну. Она совсем закисла. Много плакала, отвернувшись к стене. Хоть бабуля и её умудрялась тормошить, однако ей все равно было грустно.
«Что вот я такая одинокая? Никому не нужная? За что судьба меня так наказала? — думала женщина. — К кому-то приходят родственники, дети. А я одна. И дома никого, только Тишка. Хоть он у меня родная душа…»
На пятый день выписали весёлую старушку. Сразу стало тихо. И очень тоскливо. Хоть волком вой.
— А что же у бабули-то этой было? — спросила Нонна врача на следующее утро.
— Да ничего, — улыбнулась доктор. — Чудит бабушка. Придумывает нам работу. Видимо скучно ей совсем, вот и вызывает докторов.
— А как же её бронхит?
