А Соня не завидовала, а удивлялась. Не иначе как природная красота, сыграла роль? И на сестру, наконец-то, обратили внимание? Однако жалко было жениха Ани. Серьёзный, симпатичный молодой человек, он, видать, в делах сердечных оказался полным профаном, плохо узнал свою невесту и кинулся в брак, как в омут с головой. Соня справедливо полагала, что надолго его не хватит. Характер у сестры с годами не поменялся. Она так и осталась капризная и ленивая. А ещё с большими запросами и звёздными замашками. И ещё она любила, чтобы всё за неё делали, а она бы только плюшки с сахаром получала.
Опасения Сони подтвердились. Муж Ани выдержал ровно два года и подал на развод. Вернулась она к родителям и ничего не нашла лучше, чем запить с горя. Она страдала и тяжело переживала разрыв с мужем. Но больше страдали Элла Сергеевна и Анатолий Павлович. Им досталось по полной.
Аня периодически уходила в запой, перемежая эти периоды короткими перерывами просветления и раскаяния. Чего они только не делали, чтобы её отвадить. Но любой стресс выводил её обратно на кривую дорожку. А стрессом могло стать всё, что угодно, вплоть до плохой погоды. Аня не работала, сидела дома и как-то в телефонном разговоре с младшей сестрой та в очередной раз обвинила её в ничегонеделании, посоветовала слезть с родительской шеи и найти работу. Аня ударилась в слёзы, а потом опять запила.
Мама позвонила Соне, устроила скандал.
— Это ты виновата! Опять у Ани стресс и всё по новой! Знаешь, каких трудов стоило вывести её в прошлый раз?! Нельзя ей нервничать, понимаешь? Хватит её стыдить, пусть живёт, как умеет…
К слову сказать, позвонила в тот раз Соне сама Аня. Это именно ей захотелось общения. Но после маминой взбучки Соня заблокировала номер сестры:
— Пусть сами разбираются и в своём котле варятся. Нечего меня вмешивать!
Не вмешиваться не получалось. Мама часто звонила Соне, с просьбами о помощи. То ей нужно было найти и купить какое-то особенное лекарство, Соня заказывала и привозила. То по дому какие-либо дела. Например, Соня приезжала и помогала делать генеральную уборку. Сестра как обычно лежала на диване с мигренью.
— У неё всегда так, — ворчала Соня, стоя на лестнице и вытирая пыль на шкафу. — Как работать, так мигрень, тьфу!
— Тише, тише, — шикала Элла Сергеевна, — А то Анечка услышит, опять поругаетесь, она занервничает и запьёт… Умоляю тебя, тише.
В другой раз Элла Сергеевна позвала Соню помочь ей снять шторы для стирки и потом повесить.
— Отец совсем плох, а я не достаю, да и боюсь, что с лестницы свалюсь, — посетовала мама по телефону. — Ты уж приезжай, дочь, помоги.
— А Анечка разве не может? Она так и не работает? — спросила Соня.
— Сонь, ну не начинай! При чем тут она? Я же к тебе обращаюсь…
Приехала Соня к родителям. Глянула на них и грустно вздохнула. За последние полгода, что она у них не была, они сильно сдали, особенно отец. Он сидел в кресле и почти не вставал, мама бегала от него к Ане, обслуживая обоих.
