Но невозмутимая женщина из органов опеки, в сопровождении участкового, прошла на кухню, села на засаленный табурет, нахмурилась, глянула на гору не мытой посуды и грязь, неодобрительно покачала головой, потом достала из папки бумаги, одну за одной, и стала их читать. Многочисленные жалобы от соседей на постоянный шум, крики и детский плач, заявления в полицию на нарушения тишины и покоя в ночное время, просроченные коммунальные платежи и прочее и прочее… Целая стопка бумаг.
В детском саду тоже подтвердили, что Милу часто приводили грязную, лохматую, в синяках, и она говорила, что мать её бьёт, потому что она не слушается. Соседи рассказали, о том как дети Кристины круглый год ходят в тоненьких курточках и рваных ботинках. Как частенько на несколько часов остаются дома одни…
— Что я могу сделать? — размазывала по лицу слёзы Кристина, — Муж от меня ушёл! Денег даёт мало, говорит, сама работай! А как мне работать, если дети малые? Мне никто не помогает? Одна кручусь. Кто будет за ними смотреть? И не била я её ни разочка. Так, поучила чуть-чуть. Врёт девчонка, наговаривает на мать.
— Государство теперь будет за ними смотреть, всё, доигрались вы, — заявила представительница органов опеки.
***
— Тётя Дина, тётя Дина… То есть, мама! — Егор уцепился ручонками за Динину куртку, — А ты больше не уйдёшь? Никогда? Обещаешь?
Дина украдкой вытерла набежавшие слёзы и сказала:
— Нет, малыш, не уйду. Никогда. Пойдём скорее, посмотрим, что там Мила выбрала, по-моему, какую-то куклу. А ты уже выбрал себе подарок?
Дмитрий посмотрел на жену и подумал о том, что ей очень идёт быть мамой. Они всей семьёй поехали в Детский мир за подарками на Новый год. Быстро летит время! Полгода прошло с тех пор, как они усыновили детей Кристины, которую лишили родительских прав. Малыши были худыми и очень серьёзными. Никогда не улыбались. «А что им улыбаться? — размышлял Дмитрий, — Они ничего хорошего в своей жизни не успели увидеть. Разве что любовь и заботу бабушки, которой в одночасье лишились».
И да. Они с Диной переехали в другой город. Быстро всё провернули. Супруги хотели сменить окружение, они не хотели, чтобы соседи знали, что Мила и Егор не родные дети. И ещё, Дина не хотела, чтобы Кристина, размазывая слёзы, появлялась в их жизни тогда, когда ей вздумается чтобы поиграть в несчастную, лишившуюся детей мать.
Дина потом узнала, что муж к ней вернулся. Она случайно увидела страницу сестры в социальной сети. Живут они, судя по фото, по-прежнему в материнской квартире. «А куда им деваться? — подумала Дина, — Да и зачем?» А также на её странице она увидела несколько записей сестры на тему того, как жестоко отнимают детей у, вполне себе, приличных матерей. Как несправедливо это и как она, мол, теперь несчастна. Дина только ужаснулась, представив себе, какое будущее ждало малышей с такой «приличной» мамашей. Общаться с сестрой она не собиралась…
