Из уголка рта Павла потекла с л юна, вперемешку с кров ью. Он кашлянул пару раз, окропляя письмо, и, завалившись набок, потерял сознание.
***
— Андрей, пошли на завтрак что ли? — спросил Виктор, сосед по комнате.
— Не хочу, — бросил он и отвернулся к окну.
— Ты че! До обеда потом голодному ходить? — удивился Виктор.
— У меня от ихней каши мыслительный процесс активизируется.
— Чего?
— Из туалета вылезти не могу! — повысил голос Андрей.
— А-а, — протянул Виктор, — так это чтобы запоров не было! Пошли!
— Не лезет в меня уже эта овсянка! Га до сть!
— А сегодня, говорили, пшенная каша будет! Желтенькая! Укусненькая!
— Что ты меня уговариваешь? — Андрей перевернулся на спину. — Я в сортах комбикорма не разбираюсь! Сто грамм бы к ней дали и мяса кусок.
— Кто ж тебе мясо тут даст? У нас питание диетическое. А мясо только за наличный расчет!
— Во-во! А они, нам его и продают на остатки пенсии, что нам после оплаты этих хором положены. Токмо цены у их на курятину, что в столичном ресторане на говядину мраморную!
— А ты говядину с мрамором пробовал? — спросил Виктор. — Как она?
— Ну, мясо и мясо, — пожал плечами Андрей, — жирненькое!
— Ты, как хошь, а я пойду поем! С твоих рассказов аппетит у меня прямо стр аш ный проснулся.
— А я не пойду, — грустно отозвался Андрей и снова уставился в окно.
***
В пансионат Андрей Михайлович попал не сам, но по своему согласию.
Пока работал, еще как-то держался. А как на пенсию вышел, почему-то стало нелегко и ходить, и за домом следить, и порядок наводить.
Попросил сына помочь, а тот:
— Батя, у меня времени нету, вокруг тебя танцевать. У меня работа, семья и дел навалом. Дом мне этот не нужен, пенсия твоя тоже. Предлагаю определить тебя в приличное место, чтоб с досмотром. А в качестве оплаты, как по закону: три четверти твоей пенсии и дом в зачет.
— А так можно? — спросил Андрей Михайлович у сына.
— Я договорюсь.
И договорился. Через неделю Андрей Михайлович подписал все документы и переехал в двухместный номер, по факту — палату, в бывшее здание какого-то профилактория, именуемое теперь «Пансионат „Лютик“.
Павел довез его до крыльца, передал вещи и документы Жанне Александровне, администратору, и уже больше полугода Андрей Михайлович о сыне ничего не слышал.
***
— Зря не пошел, — сказал Виктор Семенович, вернувшись, — там по кусочку колбаски к каше дали. Так я твой кусочек тебе на хлебушке принес. Подкрепись, друг!
Михалыч сел на койке, подняв подушку выше:
— Спасибо, друг!
Кусочек колбаски, конечно, был чисто символическим. Но, судя по запаху, в нем даже была какая-то доля мяса. Не мраморной говядины, естественно, но и не по рош ок из хво стов и ко пыт.
— Пошли, может, в шашки поиграем? — предложил Виктор. — Или в шахматы? А может, домино?
— А смысл? — спросил Андрей Михайлович. — Ходи, сиди, играй. Я лучше тут полежу. Все одно, доживаем. Так какая разница, как это время проводить?
