– Только посмей, — ледяной тон мужа не предвещал ничего хорошего, — назад не пущу. Будешь свой век с ней доживать…
– Как ты можешь?! — супруга разрыдалась в голос, — она же наша единственная дочь!
– Могу. А тебя я сто раз предупреждал: хватит ей потакать. Но ты же, как всегда, меня не слышишь. Словом, решай: либо я, либо — она…
Единственная дочь Павла и Натальи выросла своенравной, заносчивой и ленивой. Училась без особого энтузиазма, работать не стремилась, о саморазвитии речь вообще не шла.
– Найду себе крутого папика и буду жить как сыр в масле, — часто роняла Лиза и сама свято в это верила.
Однако, строить отношения с людьми она не умела и особо не старалась. На мужчин смотрела исключительно с меркантильной точки зрения, потому личная жизнь у нее никак не складывалась.
До тридцати Лиза дважды сходила замуж, но разбогатеть ей это не помогло.
Третий раз в ЗАГС не пошла: решила остановиться на гражданском браке. Мать была категорически против, но вмешался отец:
– Пусть. Вдруг что-то получится. Хотя я почти уверен, что и это ненадолго. С такой цацей как наша Лиза вряд ли кто уживется.
И как в воду глядел: через два года Лиза снова осталась без мужа. Родившийся грудной ребенок не удержал мужчину: папаша сбежал и даже не сказал в какую сторону. Лиза вернулась к родителям, хотя у нее была своя квартира, доставшаяся как подарок от бабушки.
Сначала Павел и Наталья даже обрадовались: очень уж любили внучку. Но скоро поняли, что совершили ошибку.
Лиза ни капли не повзрослела после трех браков и рождения дочери. Наоборот: превратилась в несносную, озлобленную, бессердечную особу.
Главной причиной своей несчастной личной жизни она назначила родителей. Это они были во всем виноваты! Ну, теперь она им покажет!
Не подозревающие ничего подобного, Павел и Наталья жалели дочку, старались создать для нее и внучки самые лучшие условия. Большую часть забот не только по дому, но и по уходу за малышкой Наталья взяла на себя.
Квартира у них была небольшая: двушка со смежными комнатами. Лизу с дочкой родители поселили в спальне, сами расположились в проходной комнате.
Лиза приняла это как должное. Забота о себе любимой со стороны предков казалась совершенно естественной. Ни о какой благодарности и речи быть не могло.
Дочь не только не помогала матери, но еще и добавляла забот. Детские и свои вещи разбрасывала по всей квартире, всюду оставляла грязную посуду — на кухне она никогда не ела, часами болтала по телефону, не обращая внимания на ребенка, даже если девочка надрывалась от крика.
А еще частенько уходила в магазин на «полчаса», а возвращалась под утро без продуктов и, как правило, навеселе.
Если мать или отец высказывали недовольство или что-то спрашивали, она менялась в лице и истерично орала:
– Оставьте меня в покое! Достали!
И это еще ласково. Чаще всего в сторону родителей летел отборный мат.
Мать всегда защищала Лизу:
