– Вот у них и спросим!
– Папа, ты серьезно? Ты считаешь, что мальчики шести и семи лет проникли в твою комнату, когда там никого не было — а это бывает крайне редко, быстренько залезли в карман нужных брюк, взяли кошелек, и вытащили из секретного кармана сто рублей? Это неправдоподобно выглядит, согласен? Этого не мог бы сделать и опытный вор. А тут — маленькие дети. Дошкольник и первоклассник.
– Ой, вдвоем они и не такое способны. Может, все произошло случайно — сел кто-то на брюки, там кошелек, руку сунул, проверил…
– Ага, и сразу в секретный отсек попал… Ты себя слышишь? Может быть, попробуем допустить, что деньги ты переложил куда-то?
– Д@рака из меня не надо делать! Я еще из ума не выжил.
– Папа, я не верю, что дети могли такое провернуть, им и в голову не пришло бы лезть в твои карманы. Они заходят к вам хорошо если раз в неделю.
– Так кто тогда? Бабушка?
– Подожди. Как ты обнаружил пропажу?
– Утром поехал в налоговую, в машине достал кошелек, а купюры нет.
– А когда держал в руках эту купюру в последний раз, ты помнишь? Когда менял? Не доставал ее больше?
Тут папа задумывается. Хмурится. Идет в прихожую, достает из внутреннего кармана куртки паспорт, открывает его и — вуаля! — там лежат эти злосчастные сто рублей. Он смотрит на меня потрясенно, и медленно произносит:
– Ничего не понимаю. Не помню, чтобы перекладывал ее сюда. Я никогда так не делал. Никогда.
– Скорее всего, отвлекся на что-то в этот момент и забыл. Обычное дело, пап, со всеми бывает. Горячку только пороть не надо.
– Выходит, мальчишки ни при чем. А я… Вот д@рак старый, я же в бешенстве был! Мог их ни за что наказать!
***
Мы жили тогда у родителей временно и недолго. Дедушке очень не нравились наши методы воспитания. Он словно бы рад был убедиться в своих худших подозрениях: мол, балуете вы сыновей, слишком много свободы… и вот — получите результат. Уже и деньги воруют, в таком-то возрасте!
А я хорошо усвоила в детстве один урок. Однажды меня отправили в магазин с крупной купюрой. Сдачу я принесла, положила, как всегда, на комод в прихожей. И эти деньги исчезли. «Куда сдачу дела?» — спросила мама. Это был не вопрос, как вы понимаете. Так что мой ответ: «Я принесла и положила ее на комод» никого не интересовал. Никто не поверил.
Меня не ругали.
Так, посмеиваясь, комментировали между собой «ну, конечно, принесла она», «ага, потеряла», «сами ушли», «ноги у них выросли, ну-ну». Все были уверены, что я вру. Взяла деньги и вру! Эта было так несправедливо, словами не передать!
Когда через неделю примерно во время уборки мама вымела эти деньги из-под комода, никто из взрослых и не подумал извиниться. Тогда я этого и не ждала. А сейчас понимаю: выводы все-таки сделала на всю жизнь. Всегда стараюсь сначала оправдать человека. Ну про детей вообще разговор особый. Ребенку — верю всегда.
Сто раз прав Борис Васильев, когда написал:
Самое страшное — это подозрение. Оно калечит людей.
