─ Ничего не бойся, дочка. Ты будешь жить здесь полновластной хозяйкой. Я обо всем позабочусь. Никакой Паша тебя не выгонит. Ни сейчас. Ни после моей смерти. А сейчас не реви, молоко перегорит. Пойдем спать, пока есть возможность… Завтра будет трудный день.
Утром явился Павел. Он кричал, оскорблял Лизу, ругался с матерью. Даже грозился вызвать милицию, чтобы из дома убрали посторонних. Но ничего не вышло. Нина Николаевна была непреклонна:
─ Это мои внуки, и они будут жить здесь.
Павел погостил у друзей несколько дней, а потом уехал в свой Сургут.
***
Прошло двенадцать лет. Все эти годы Нина Николаевна жила жизнью своих детей: дочки Лизоньки, внуков Танечки и Ванечки. Сын Павел больше ни разу не приехал, общался с матерью лишь иногда, по телефону. А чего приезжать? Детей в новом браке Паша не нажил, а лишних расходов не любил.
Даже, когда мать серьезно заболела, не удосужился приехать, навестить. Не говоря уже о том, чтобы выслать денег на сиделку или лекарства. Все заботы о лежачей женщине легли на плечи Лизы и ее детей. Но они не жаловались, наоборот: старательно ухаживали за бабушкой, надеялись, что она обязательно встанет. Не случилось.
Когда Нина Николаевна умерла, Лиза позвонила Павлу.
─ Здравствуй, Паша, это Лиза…
─ О, ну наконец-то созрела. Алименты будешь требовать? Где ж ты двенадцать лет была? Тебе никто не поверит! ─ мужчина почти визжал в трубку.
─ Паша, мама умерла. Тебя ждать на похороны?
Повисла тяжелая пауза. Мгновенно все обдумав, Павел решительно ответил:
─ Нет. Не приеду. Хорони сама.
И положил трубку.
Через полгода Павел явился вступать в наследство. За материнскую трешку можно было выручить не ах какие деньги, но все же. Мужчина уже с радостью предвкушал момент, когда выгонит Лизу на улицу.
У нотариуса он узнал, что больше десяти лет назад мать оформила дарственную Лизе на свое жилье…
P.S: Ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал
