Он ждал ее возле черной иномарки. Стильно одетый, высокий, подтянутый, моложавый.
– Боже, какая ты взрослая, Мила! Красавица! Очень на меня похожа! — произнес мужчина, заключая дочь в крепкие объятия.
Несколько часов они не могли наговориться. Папа много рассказывал про себя, семейные путешествия, обещал познакомить ее с Мишей, и взять с собой следующим летом на море.
А главное — он купит Людмиле шубку. Любую, какая ей понравится! И не надо ждать день рождения, что за ерунда? На следующей неделе!
– Теперь все будет по-другому, — пообещал он на прощанье.
Молчать о том, что произошло Людмила не могла физически — ее распирало от счастья. В тот же вечер она призналась маме, что нашла отца:
– Моя жизнь изменится! Наконец я получу все то, чего ты меня лишила!
На удивление мать на такой пассаж отреагировала совершенно спокойно. Выслушав мечты о совместных поездках, семейных ужинах и шубе, она улыбнулась:
– Что ж, щедрый папа — это прекрасно. Только ты, по-моему, слишком рано радуешься. Обещать любой может. Время покажет.
Люда фыркнула:
– Ты никогда ему не верила, поэтому он и сбежал.
Но мать, увы, оказалась права.
Любящий отец исчез с радаров… Не отвечал на звонки и сообщения. Люда места себе не находила:
– Это ты виновата! Накаркала! — кричала она матери в перерывах между слезами и успокоительными. — Ненавидишь его! Завидуешь!
Сообщение пришло спустя три недели. Там же, в соцсети, без приветствий и извинений за молчание, папа назначил встречу у главного кинотеатра в субботу вечером.
«Наконец, выясню, в чем дело! — накручивала себя Людмила. — Если мать имеет к этому отношение, завтра же уйду из дома! Отец меня больше не оставит»
… Папиной машины у кинотеатра не было. Людмила стояла на крыльце почти полчаса, когда к ней подошла женщина. Та самая. С красными губами и жестким взглядом. Немного постаревшая, но все такая же стройная и холеная…
– Здравствуй, деточка! В кино не приглашаю, сегодня у тебя встреча с реальностью, — с места в карьер начала она. — Это больно, но необходимо. Слушай меня внимательно. Твой отец живет за мой счет. Нигде не работает уже восемь лет. Все, чем он пользуется, — от трусов до машины, купила ему я. Если ты надеешься сесть на мою шею, то придется закатать губу: ни копейки он на тебя не потратит. Постарайся сама на свои хотелки заработать, тогда побираться не придется.
Некоторое время Людмила стояла как вкопанная. Унижение, обида, злость, разочарование, брошенность, жалость к себе… она не совсем понимала, что именно сейчас испытывает.
Картинки общения с отцом мелькали в голове, и она вдруг увидела все другими глазами. Весь вечер он говорил только о себе, хвастался, обвинял мать во всех грехах… про дочь он что узнал? Ничего. Сто раз только повторил, какая она красотка вся в него. Про ее совершеннолетие пап не вспомнил бы, если бы она сама не сказала про шубку своей мечты…
Люда вдруг испытала жуткий стыд.
