– Что случилось? Ты ненавидишь ванилин?
– Да при чем тут ванилин, Андрей! Мне надоело слушать какая я невыносимая, глупая и плохая кулинарка и как тебе не повезло с женой.
– Не преувеличивай, она такого не говорила.
– Она постоянно рассказывает обо мне какие-то гадости, каждый день. Ты разве не замечаешь?
– Ну не каждый день, но бывает… Ты же ее не останавливаешь, она думает, что все нормально. Она рассказывает милые истории, ты смеешься и поддакиваешь, а потом внезапно, на пустом месте, устраиваешь сцену.
– На пустом месте? Да я не могу больше это слушать!
– Согласись, ванилин в блинах не стоит ссоры, с какой стороны ни посмотри. И мама твоя ничего не поняла.
– Она никогда не поймет! Никогда! Она всегда мной недовольна, всегда сравнивала с сестрой — умницей и отличницей… Тебе этого не понять.
– А ты пробовала пресекать такие разговоры? Говорила, что тебе неприятно?
– Как ты себе это представляешь? Она скажет, что это ее дом и ее правила…, а мы пока не можем уехать, ты же знаешь. Надо терпеть.
Андрей засмеялся. Обнял ее и сказал:
– Я все понял! Возьму удар на себя, а то в следующий раз ты ей на голову тесто выльешь. Но ты должна мне помочь. Как только мама начнет рассказывать что-то обидное, ты сразу ей будешь говорить что-то вроде «мама, остановись, пожалуйста», ну или мне подашь сигнал — ну не знаю, закроешь рот рукой, например. Договорились?
Лена шмыгнула носом и кивнула.
… Завтрак прошел спокойно, и еще дня три теща держала себя в руках. А потом случились шашлыки на даче. И, конечно, всплыла история о том, как Лена однажды пересолила два килограмма мяса:
– Хотела нас поразить каким-то китайским рецептом, тогда только соевый соус у нас появился, и она у кого-то попробовала. А он же соленый! Я ей говорила, что соли она много сыпет, но разве ж она слушала!
– Мам, может, хватит?
– А что такого? Я просто рассказываю. Ты помнишь, как мы это мясо вымачивали?
– Валентина Петровна, давайте закончим на сегодня истории про Лену.
– …и все равно есть было невозможно.
Тут Андрей встал, взял Лену за руку и увел в дом. Теща зависла с открытым ртом…
– Подумаешь. Что я такого сказала…
И замолчала на неделю. Потом еще разок зять увел дочку посреди разговора, и еще, и снова. «Мама, не смешно», «хватит», «мне неприятно», «ты опять?», «я не буду это слушать» — если после этих слов монолог продолжался, молодые вставали и уходили. Неважно, гости в доме, или обычный завтрак.
Постепенно мама запомнила. Неприятные истории всплывали все реже. И наступил момент, когда Лена почувствовала: ее это больше не задевает. Это ведь мамины воспоминания.
А у нее свои.
P. S. Ставьте лайк и подписывайтесь на наш канал
