К 30 годам в жизни Оксаны было все, кроме счастья. Росла в детдоме — родители погибли, она их даже не помнила. Родственники места в своей жизни для сироты не нашли, не захотели брать на себя обузу.
Здоровье было не очень, учеба давалась тяжело. Повезло, что девочка попала в необычный детский дом — там воспитывали ребят «папа» и «мама».
Первых сирот он принял сразу после Великой Отечественной, позже на его базе открыли интернат для детей с ослабленным здоровьем, а в конце 1990-х — снова вернули статус детского дома и в качестве эксперимента собрали в него братьев и сестер из разных сиротских приютов.
Родных не стали разлучать, детей разных возрастов распределили в «семьи» по 10-12 человек, иногда родственниками были трое или четверо из них.
В каждой такой группе работали два воспитателя — «папа» и «мама», причем в некоторых это были супруги.
Словом, старались люди в казенном учреждении создать для детей неказенное тепло. Благодаря семейным парам, которые воспитывали сирот, у обделенных ребят и после выпуска было место, куда можно вернуться — как домой. К людям, которым небезразлична твоя судьба.
Оксана в 16 поступила в обувной колледж. С трудом, но профессию освоила, а со временем даже полюбила. Квартира родительская, пусть и крошечная, ее дождалась. А вот с личной жизнью как-то все не ладилось.
Отношения все были недолгими. Ничего, кроме чувств обиды и несправедливости, мужчины в душе Оксаны не оставляли.
Ей было около 30 лет, когда с треском развалились очередные отношения. Оксана перестала надеяться на любовь. Задумалась о том, как жить дальше. И в какой-то момент пришла к решению усыновить сироту. Подарить тепло своего сердца какому-нибудь такому же одинокому и неприкаянному, как она сама, человеку.
Она поехала «домой» — к своим воспитателям, Тамаре Петровне и Ивану Кузьмичу.
Директор и воспитатели были ей рады, и ее решению — тоже. Отговаривать не стали, сразу объяснили, что нужно для оформления документов, поручились за нее в органах опеки.
Пока готовились бумаги, Оксана приезжала и присматривалась к одному рыжему мальчишке, лет четырех.
Пашка все время крутился где-то поблизости. Она с ним разговаривала, играла, пару раз взяла в гости на выходные. Сводила на мультик, в зоопарк. Но своих намерений старалась не выдавать: боялась обмануть надежды ребенка. Кто его знает, как пройдут согласование документы?
Но все сложилось как нельзя лучше, и однажды Оксана спросила Павла, хочет ли он стать ее сыном.
Таких счастливых глаз она никогда раньше не видела…
Конечно, сложностей хватало. Опыта общения с детьми не было, но очень помогали воспоминания о воспитателях: когда возникали проблемы, она представляла, как поступила бы Тамара Петровна. А если не могла представить, звонила и спрашивала.
