В многодетной семье Никитиных семь сыновей и младшая дочь Ксения — красавица и общая любимица.
Между братьями мужские, но в то же время теплые отношения, а вот Ксении повезло особо. Братья в ней души не чают. Помогают, защищают, можно сказать на руках носят.
Ксения очень любит старших братьев. Называет в шутку «семь богатырей» и их заботу, иногда чрезмерную, воспринимает как должное. Так было заведено родителями с самого детства. Они всегда учили детей жить дружно, любить друг друга, никогда не бросать в беде.
У старших братьев давно свои семьи, но и они не забывают младшую сестренку. Часто звонят, приглашают в гости, не забывают о подарках. И деньжат подкидывают на всякие девчачьи расходы. Родители финансовую помощь не принимают, так они хоть через Ксюшу стараются облегчить им жизнь.
– Замечательная семья, хоть и многодетная! — говорят соседки, — ни одного из парней пьяным не видели. Все выучились или учатся, работают. А дочка — просто загляденье: скромная, приветливая. И как им удалось таких детей вырастить? Ведь и дома-то почти не бывают.
– А у них дети друг друга воспитывают. И к труду приучены. Помните, как весна — все на дачу, работают. Никто по двору не бегает. И летом — то же самое. И с мусорным ведром я их мать ни разу не видела.
– И правильно. Должны помогать родителям. Вон их сколько!
– И главное — все один к одному! Русские богатыри! Светловолосые, рослые, голубоглазые. Только Ксюша — хрупкая, худенькая, глазки как бусинки. Когда они переехали, смугленькой была. Как сейчас помню. Даже удивилась, когда в коляску заглянула.
– Так она же… — соседка Анна Ивановна хотела что-то сказать, но прикусила язык. Быстренько встала и попрощавшись, ушла.
– Чего это она? — спросил кто-то.
Остальные отмахнулись и разговор продолжился.
Анна Ивановна прибежала домой, плюхнулась в кресло и пока переводила дух, перед глазами встала картина, как свекровь многодетной соседки, заглянув на рюмочку чая, поделилась:
– Ксюша-то у нас — приемная. Причем старший внук ее в семью сосватал. Увидел, малышку, когда нянечка на улицу вынесла, прибежал домой и стал уговаривать родителей забрать ее к себе. Те послушали и пошли смотреть. У самих-то девочка никак не получалась. Глянули на нее — и все. «Наша!» — говорят. И удочерили. Я отговаривала: мало ли кто ее родители! Они — ни в какую. Ничего, мол, вырастим. Вот и растят теперь: своих же мало было. Ой, только ты не говори никому, а то невестка устроит мне веселую жизнь!
Так с тех пор и поселилась тайна соседей внутри Анны Ивановны. Свекрови той уже на свете нет, а ей, бедной, молчать приходится, хотя давно секрет так и просится наружу.
А потом случилась беда: заболел отец большого семейства и попал в больницу. Жена и дети каждый день бегали к нему: домашней еды отнести, помыть, перестелить, поддержать настроение. На Ксюшу больно было смотреть, так переживала девочка. Даже осунулась.
Вот тут Анна Ивановна и не выдержала:
